#журналистское

Как известно, у журналистов очень плохая репутация. Люди все ещё верят в образ из бульварных романов (которых уже не в первом поколении не читают), эдакого проныры, наживающегося на трагедии, вечно врущего падальщика, который ищет место, где посильнее воняет.

Есть одна часть работы, которая, прямо скажем, способствует живучести этого образа. Если говорить широко, это некрологи.

Каждому журналисту приходилось звонить родственникам, друзьям и коллегам почившего музыканта/артиста/писателя и просить рассказать несколько слов о покойном. Я не знаю коллег, кому не приходилось это делать. И не знаю никого, кому бы это нравилось. Хотя бы было терпимо.

Моя неделя началась с составления такого материала по одному из любимых моих театральных режиссёров - Юрию Бутусову, чьи поставки для меня олицетворяли драматический театр. Во всяком случае ту его часть, которую я очень люблю.

Учитывая, что я делал это ещё не оправившись от потери Альбины (не знаю, когда я оправлюсь) эта работа неожиданно показалась мне... Довольно осмысленной. Возможно, дело в том, что нет привычной дистанцией между горем яеловека, которому я звоню, и моим личным состоянием.

Так или иначе я посмотрел на это чуть под другим углом. На самом деле речь идёт не о желтушной попытке набрать просмотров на крови (поверьте, некрологи за редчайшим исключением не дают просмотров).

Кажется, дело в другом. Ещё в университете нам рассказывали теорию о том, что большинство мифов и ритуалов (все эти коронации, поднятия флага, переводы часов) родилось из погребальных ритуалов. А теперь в свою очередь должны были восстановить общество после потери одного из его членов.

Обществу, расколотому трагедией надо заново собраться, почувствовать друг друга, и начать жить в новом составе. Мне подумалось, вдруг, некрологи нужны примерно для того же самого?