Знаете как выглядит овсянка Quaker? Там дядечка такой с париком нарисован.
 
Так вот представьте, что в семье такого квакера в Англии родился в 1798 году мальчик и ему дали имя Томас. Томас Ходжкин вырос и стал врачом. В Англии квакерам жилось тогда не легко, и он переехал во Францию.
 
Там он познакомился с Рене Лаэнеком изобреталем стететоскопа. Забавно, что Лаенек придумал стетоскоп, чтобы не прикладывать ухо к груди молодой пациентки. Ему казалось это неприличным. Сам Ходжкин, женившийся на своей пациентке, видимо, особой надобности в изобретении стетоскопа не чувствовал.
 
Во Франции Ходжкин описал болезнь, которая поражала лимфу пациента и описал ее симптомы. По сути Ходжкин открыл рак лимфы и одна из форм после его смерти была названа его именем. Более того, некоторые виды лимфомы хоть и не подходили под его описание получили тоже его фамилию. Просто они стали называться non Hodgkin's lymphoma.
 
В 1942 году лимфома Ходжкина стала первым видом опухоли, на котором была опробована химиотерапия. Что интересно, активным веществом, подавляющим деление клеток опухоли, был горчичный газ(иприт), который использовался немцами против англичан в Первой Мировой войне.
 
Но вернемся к Ходжкину, который вернулся из Франции в Англию, познакомив английскую медицину со стетоскопом.
 
Потом он попутешествовал по Индонезии и Америке, где он увидел, как выглядят рабство и дискриминация. Он написал вежливое письмо руководителю британской торговой компании которая активно поддерживала дискриминацию индейского населения в  Америке. К несчастью Ходжкина эта же компания была основным спонсором лондонской больницы, в которой он очень хотел получить ставку. Ставку он конечно же не получил, да и из других больниц его стали увольнять без объяснения причин.
 
Так, судьба свела его с Мозесом Монтефиори. Ходжкин стал его личным врачом. Дважды они вместе посетили нашу Святую землю. Второй визит в Палестину стал для Ходжкина фатальным. Он заболел дизентерией и умер в Яффо 5 апреля 1866 года. Там он был похоронен на протестантском кладбище. По заказу Монтефиоре могилу Ходжкина сделали в виде гранитного обелиска, на котором на латыни написано «Ничто человеческое было ему не чуждо».
 
На этом история могла бы закончиться, но мое знакомство с историей Томаса Ходжкина началась именно с его могилы.
 
Как-то после экскурсии в Ашкелоне меня подвозил к автобусной станции молодой врач анестезиолог и спросил какое самое странное место я посещал. Я, никогда не ранжировавший посещенные места по уровню странности, замялся, а он рассказал мне как перед важным медицинским экзаменом посетил в Яффо могилу Ходжкина, потому что это считается у врачей хорошей приметой для сдачи экзамена. «Чтобы к могиле попасть мы, -- говорит,-- через частный дом какой-то немки проходили».
 
Тут-то я этой историей и заинтересовался, а спустя полгода написал пост.
 
Сейчас это кладбище пытаются восстановить несколько врачей больницы Вольфсон и директор протестантской школы Табита в Яффо, в ведении которой находится это кладбище.
 
На фото обелиск на могиле Ходжкина.