Давно не писала про свои страдания в антропологической учебе, а они есть. Курс — в смысле еженедельных занятий, чтения литературы и написания домашек — закончился, каким-то образом (con la ayuda de Dios как сказали бы колумбийцы) все промежуточные работы я написала и сдала, по некоторым даже уже оценки получила, и даже хорошие (снова ayuda de Dios, не иначе). Осталась большая финальная работа. Я давно решила, что хочу попробовать написать что-то по теме шоколада, какао, но оказалось, что не так просто это прикрутить к требованиям курса.

Сначала я с восторгом новичка хотела что-нибудь из серии “Колумбийцы производят какао, но при этом хороший шоколад мало кто пробовал”, но это оказалось совсем избитой темой. И кстати, мой научный руководитель - чилиец, рассказал, что первый раз попробовал по-настоящему вкусный виноград, когда подрабатывал у компании-экспортера фруктов. Виноград, который ели местные люди, был совсем другой.

Потом я решила, что раз так, то здорово будет исследовать культурную ценность шоколада и как она отличается в Европе и Латинской Америке. Я даже план накатала своей “гениальной” работы. И очень разозлилась на руководителя, потому что оказалось, во-первых, работа должна быть теоретической, без всяких этнографических исследований, a объект интереса — в моем случае шоколад— скорее иллюстрацией, а не главным героем. У меня же получалось наоборот, и много данных надо было бы собирать и работать “в поле”. А во-вторых, он сказал, что, судя по плану, замахнулась я сразу на докторскую диссертацию, а тут все же должно быть что-то менее эпичное и чтобы я не надорвалась.

Писать о теориях и концепциях очень не мое, поэтому, видя мой унылый вид, научный руководитель предложил, для начала, поисследовать, что о колумбийском какао уже написано — посмотреть, с какой стороны об этом пишут, на какую литературу опираются. Типа для вдохновения и понимания картины. Ну и попытался утешить, что позднее эта работа может стать главой диссертации — для которой я план уже придумала. Юморист.

Такая домашка мне вообще не понравилась — испугалась, что увижу, что уже все вообще написано, и вместо вдохновения, наоборот, уйду в полную апатию. И очень зря!

Антропологических работ в Колумбии про какао и шоколад, естественно, много. И многие из них рассматривают какао под очень особым, очень колумбийским углом, про который я не думала . В период активной борьбы с наркотрафиком было много государственных программ, которые помогали крестьянам заменить плантации всякого нелегального на что-то более разрешенное и относительно прибыльное — и часто этим чем-то было какао. Не всегда эти программы были успешными (вот тут как раз упоминала про неудачную попытку), но и хороших результатов много.

И тут мне стало интересно: это вроде как известная история колумбийского какао, которую много обсуждают, пишут о ней работы — точно не замалчивают, скорее даже гордятся. Но когда дело доходит до шоколада — а про него бренды очень любят рассказывать через историю, через описания мест и людей, которые его производят — эта часть истории почти исчезает. Я была на нескольких фермах, где тебе показывают как делается шоколад, несколько из них были как раз в зонах, где работали эти программы — ничего нам про них не рассказали, один раз только вскользь упомянули.

Доложила сегодня о своих наблюдениях научному руководителю — он взбодрился (я у него не самая легкая студентка), говорит вот под такое мы с тобой и все нужные теории подведем и что-нибудь интересное наисследуем. А у меня как раз из “любимчиков” (видимо потому что остальные авторы совсем зубодробительные) теперь антрополог Michel-Rolph Trouillot, и он много писал о том как мы вообще создаем историю, почему одни события становятся значимыми, а другие (необязательно сознательно) выпадают. Подойдет сюда.

В общем, ничего пока непонятно, но очень интересно. К сожалению, работу не только думать, но и писать надо, а я пока ни сном ни духом. Но зато вам здесь похвасталась.