Я нахмурился.
— Никто не произносил моего имени?
— Нет. А что случилось?
Я хотел ответить, но в этот момент услышал движение где-то дальше по коридору. Повернув голову, я увидел только приоткрытую дверь.
— Ничего, — сказал я после короткой паузы. — Наверное, показалось.
Я направился дальше, стараясь не придавать случившемуся значения. После дороги, нескольких часов работы и почти бессонной ночи вполне можно было принять обычный звук за голос. В конце концов, именно поэтому мы и приехали сюда — чтобы отделить реальные факты от того, что люди успели придумать сами.
Я уже почти дошёл до лестницы, когда голос прозвучал снова.
— Кристиан.
На этот раз я отчётливо услышал его.
Я медленно остановился и посмотрел назад. В коридоре по-прежнему никого не было.
🦢🦢🦢🦢🦢🦢🦢🦢🦢🦢
Я вернулся в комнату, где находились остальные сотрудники, и несколько секунд просто стоял у двери, пытаясь понять, стоит ли вообще говорить о случившемся. В конце концов я решил, что пока не стоит. Объяснять голос усталостью было проще, чем признать, что я действительно услышал своё имя, произнесённое человеком, которого не было рядом. Мы закончили осмотр дома уже ближе к вечеру и забрали с собой все документы, фотографии и записи, которые могли иметь хоть какое-то отношение к делу.
На следующий день работа продолжилась в здании местного управления. Нам предоставили медицинские заключения, старые отчёты и несколько десятков показаний жителей. Чем больше я их читал, тем сложнее становилось придерживаться первоначальной версии. Разные люди описывали практически одно и то же: голоса, внезапные провалы в памяти, ощущение чужого присутствия и тёмную фигуру. Особенно странными были рассказы о местах, в которых некоторые жители якобы уже бывали, хотя официально никогда там не появлялись. Один мужчина подробно описал комнату в старом доме на окраине деревни, а позже выяснилось, что он никогда не заходил туда и даже не знал о её существовании.
— Здесь что-то не сходится, — сказал я, перелистывая очередную папку.
— Мы говорили то же самое, — ответил французский сотрудник. — Но пока не нашли ничего, что могло бы это объяснить.
Я снова посмотрел на документы и почти машинально остановился на одном старом отчёте. В нём упоминалась фамилия, которую я совершенно точно не ожидал увидеть среди материалов французского расследования.
Нотт.
Я перечитал строку несколько раз, после чего достал палочку и аккуратно снял с документа защитное заклинание. Под фамилией находилась дата, а рядом — короткая запись о человеке, который когда-то приезжал в эту деревню. Никаких подробностей, ничего действительно важного, но этого оказалось достаточно, чтобы моё отношение к делу изменилось. Я не стал рассказывать остальным о своей находке и просто попросил принести мне архивные материалы за несколько десятилетий.
Следующие два дня я провёл практически над одними и теми же папками. Чем глубже мы заходили в историю деревни, тем больше появлялось несостыковок. А голос продолжал возвращаться. Иногда я слышал всего одно слово, иногда — короткую фразу. Он никогда не говорил долго и никогда не появлялся тогда, когда рядом находились остальные. Однажды он произнёс имя человека, которого я не вспоминал много лет. В другой раз упомянул старую вещь из моего детства, о которой знали всего несколько человек. Я перестал пытаться объяснить это усталостью.
На четвёртый день мы снова вернулись в тот самый дом. Я решил самостоятельно проверить верхний этаж, пока остальные занимались нижними комнатами. Коридор выглядел точно так же, как и в первый раз, однако возле дальней стены я заметил дверь, которой прежде не видел.
— Здесь раньше была дверь? — спросил я, когда один из сотрудников поднялся следом.
Он посмотрел на стену.
— Какая дверь?
Я обернулся. Передо мной действительно была обычная стена.
— Ничего.
Через несколько минут, когда я снова остался один, дверь появилась на прежнем месте. Я открыл её.
За ней находилась небольшая комната, совершенно не похожая на остальные помещения дома. На стенах висели старые фотографии, на полках лежали книги и какие-то личные вещи.
Post #680
457
- 🕊 7
- ❤🔥 4
- 🍓 4
- 🔥 1