В архитектуре удивительным образом переплетались сразу несколько эпох, отчего всё выглядело одновременно величественно и необычно. Внутри же оказалось куда шумнее, чем снаружи.
Коридоры были настолько широкими, что в обычный день это казалось несомненным преимуществом. Правда, ровно до тех пор, пока сотни учеников одновременно не начинали спешить на занятия. Больше всего мне тогда запомнился мальчишка лет тринадцати, который нёс под мышкой огромную стопку книг и едва не сбил нас с ног. Не менее непривычным оказалось и то, как ученики обращались к преподавателям. В Британии было принято говорить исключительно «профессор» и фамилия, а здесь я то и дело слышал, как студентов обращались к учителям по имени и фамилии. Поначалу это немного резало слух, но вскоре я понял, что подобная манера общения каким-то образом действительно помогала сократить дистанцию между преподавателями и учениками, несмотря на всю строгость Советского Союза.
— Не отставай, — бросил Джеймс через плечо. — Заблудишься быстрее, чем спохватишься. Боюсь, поиски продлятся до самого вечера.
Поднимаясь на второй этаж, я машинально повернул голову в сторону. Мой взгляд зацепился за широкие балконы, с которых открывался вид на внутренний двор. Именно там Джеймса остановил преподаватель средних лет, и нам пришлось ненадолго задержаться. Я невольно опустил взгляд вниз. Посреди небольшого двора росло раскидистое дерево, окружённое аккуратной лужайкой. Несколько учеников расположились прямо на клетчатых покрывалах, наслаждаясь свободной минутой с книгами в руках. Чуть дальше стояли деревянные скамейки, где небольшие компании по три-четыре человека оживлённо что-то обсуждали. Однако больше всего моё внимание привлекла девушка, сидевшая среди одной из таких компаний. Тогда я ещё не знал её имени, но почему-то именно этот момент особенно отчётливо отпечатался в памяти.
Тем же вечером мы решили остаться в Колдотворце. Вернее, это предложил Джеймс. По его словам, выезжать в ночь у русских считалось плохой приметой. Нам, британцам, подобных суеверий было не понять, однако я решил довериться человеку, который гораздо лучше знал свою страну. Да и, если быть откровенным, усталость уже давала о себе знать.
Директор школы, если память мне не изменяет, Григорий Орлов, любезно выделил нам комнаты в крыле, предназначенном для преподавателей. Признаться, куда сильнее меня удивило другое — его безупречный английский. Настолько чистое произношение без малейшего намёка на акцент я ожидал услышать от кого угодно, но только не от пожилого директора советской школы магии. Тогда я так и не спросил, где он успел настолько хорошо овладеть языком, хотя предполагал, что за его плечами было немало зарубежных командировок.
Сон пришёл ко мне почти сразу после горячего душа. Мягкие простыни и долгожданный отдых казались настоящей наградой после насыщенного дня. Особенно приятно было наконец дать отдых ногам, успевшим устать за многочасовую экскурсию по школе. В ту ночь мне спалось удивительно спокойно. Странные сны, обычно сопровождавшие меня во время поездок, так и не пришли, за что я был им искренне благодарен. Следующий день обещал быть не менее насыщенным.
С первыми лучами солнца и громким пением жаворонков, устроившихся на тонких ветвях старого дуба за окном, сон постепенно начал отступать. Комнату медленно заливал мягкий утренний свет, настойчиво напоминая, что пора вставать. Потянувшись к прикроватной тумбочке, я взглянул на наручные часы. Стрелки показывали семь часов утра. По британскому времени сейчас было бы лишь пять. Пожалуй, к разнице часовых поясов я так и не смог привыкнуть до конца, как, впрочем, и мой организм. Впрочем, в этом были и свои преимущества. Поскольку прошлым вечером мы остались ночевать в Колдотворце, необходимости отправляться в дорогу с рассветом уже не было. Оставалось лишь привести себя в порядок и подготовиться к новому дню.
После привычной утренней рутины и горячего душа, который оказался особенно приятным в прохладное утро, в дверь моих покоев постучали. На пороге стоял Джеймс.
Post #263
274
- 🕊 2
- 🍾 2