Stray observations

А вот хорошую штуку сделала Счетная палата — выложила в открытый доступ курс русского языка для чиновников. Главные цели — помочь госслужащим развить деловую речь и научить их составлять понятные, доступные официальные документы. В свое время СП заказала такой курс для себя (за 1,4 млн рублей, кому интересно), а теперь решила открыть его для всех желающих. 24 видеолекции общей длительностью четыре часа.

Нужная и важная вещь. У российского чиновничества с русским языком беда. И устную речь иногда невозможно слушать без слез, а уж через тексты документов вообще не продраться.

Помню, как-то я, будучи приглашенным в общественный совет при каком-то региональном ведомстве (кажется, Минстрое) робко пытался поднять этот вопрос. Членам совета разослали для оценки проект концепции развития чего-то там до какого-то там года, и на обсуждении я сказал, что у меня главным образом стилистические претензии к документу — ну это же невозможно читать. Какой-то грамматически-лексический ужас. Это никто никогда не разберет, а значит меньше шансов, что это у кого-то отложится в голове и будет выполнено. На что мне с укоризной возразили: документы составляются юристами, а если их обычный гражданин прочитать не может — так это не такая уж и большая проблема. Не для него написано.

Однако на самом деле официальные документы можно и нужно писать понятным языком. Даже позднесоветские документы были написаны лучше современных российских. Конституция 1993 года была написана сравнительно неплохим языком (вставки 2020 года в нее куда менее изящные). Американские документы, насколько я могу судить, написаны в основном тоже доступно и понятно.

Но вот более прогрессивные органы власти пытаются изменить эту ситуацию. Сам курс, если честно, не изучал, только глянул мельком. И даже в пресс-релизе СП о его публикации есть к чему стилистически придраться. Но все-таки движение однозначно в правильном направлении.

(В предыдущей версии поста была ошибка, дал ссылку и скрин на победителей прошлого, а не этого года.)

The Good Place уже в третий раз выиграл премию Hugo за лучший эпизод сериала (Best Dramatic Presentation, Short Form)!

В Bedrag и других датских сериалах все постоянно друг другу говорят фразу, которую в английских субтитрах передают в духе 'I had fun last time'. Мне это казалось странноватым, но я не обращал на это особенного внимания. А недавно выяснил, что, оказывается, это такое специфическое датское (и вообще скандинавское) приветствие tak for sidst, которое буквально переводится как «‎благодарю за последний раз» и произносится в тех случаях, когда вы видите человека в первый раз после какого-нибудь приятного совместного времяпрепровождения: рождественской вечеринки, посещения ресторана и т.д. При этом пройти может как один день, так и один год.

И пишут об этом не только в новых модных книжках про Скандинавию, но и, например, вот в книге 1858 года есть такое примечание переводчика:

О скорости, с которой Сименон писал, знал даже Хичкок:

О писательском методе Жоржа Сименона:

Лингвист Эдвин Баттистелла спросил своих студентов, в чём разница между writer writer («‎писатель-писатель», «прям писатель») и writer's writer («‎писатель для писателей»). Ответ: первый зарабатывает деньги литературным трудом, второй — нет ('One makes a living and one doesn’t').

Линия в третьем сезоне Bedrag с затюканной банкирской работницей, которая возвращает себе чувство контроля и власти над жизнью, начиная мутить преступные схемы по отмыванию денег (и, например, заказывая избиения своего мужа), — это, конечно, до какой-то степени Breaking Bad, но только в центре внимания не Уолт, а Скайлер.

И вообще не приходит на ум другого произведения популярной культуры, в которой бы подобную уолтер-уайтовскую трансформацию бы претерпевала женщина.

Одной из главных заслуг Сондхайма американские крусивербалисты, любители кроссвордов, считают его усилия по популяризации так называемых cryptic crosswords, популярных в Великобритании. Задания в них сформулированы не просто в духе «‎столица Йемена», а построены на часто зубодробительной, — но подчиняющейся строгим правилам, — игре слов. Вот примеры из кроссвордов самого Сондхайма:

Недавно умерший автор бродвейских мюзиклов Стивен Сондхайм любил кроссворды и вообще всякие игры со словами. Другой композитор Леонард Бернстайн даже сочинил по этому поводу стихотворение-акростих:

Так получилось, что почти подряд посмотрел третью серию отличного Dopesick и отличный фильм «День мёртвых» и получил очередную иллюстрацию к разнице культур.

И там, и там был эпизод, где гомофобного родителя пытаются убедить принять гомосексуальность его ребёнка. Но если в американском сериале это сцена на несколько минут с прочувствованным монологом убеждающего героя ('love for his kid is bigger than anything else in the world'), то в русском фильме это буквально обмен двумя репликами:
— Вот если бы он был нормальным...
— Так он и был.

И работает не менее, а, может быть, и более эффективно.

(Dopesick — сериал, основанный на реальных событиях, про истоки opioid epidemic и то, как все подсаживались на оксиконтин. Но при этом не документальный, а отличный драматический сериал – в частности с реально криповым и неприятным Майклом Стулбаргом, играющим Ричарда Саклера.)

(«День мёртвых» — дебютный фильм Виктора Рыжакова по пьесе Алексея Еньшина про мать и сына, ездящих по могилкам родных в родительскую субботу, ну и попутно разгребающих историю своих отношений, историю своей семьи, семейных травм, семейной памяти. Помимо отличных диалогов, реалистичной речи и вообще «жизы» (главного героя зовут Лёша, ему 35 лет, и у него сложные отношения с матерью), в фильме много просто хороших образцов того, что называют поэтическим кинематографом.)

Очень странно, конечно, осознавать, что совсем небольшое отношение происходящее на ближайшей ярмарке non/fiction будет иметь и ко мне: 5 декабря будет презентация антологии рассказов «Одной цепью», где будет и мой текст, который я написал примерно год назад, когда учился в Школе литературных практик. Кроме моего, там будут тексты Оксаны Васякиной, Евгении Некрасовой, Галины Рымбу, Полины Барсковой, Ксении Букши.

Сделать предзаказ можно на сайте издательства.

Интересный выбор Иэна Фрейзера (а также не знал о том, что Аввакума на английском впервые издали Вульфы).