Даже у хорошо пишущих и внимательных к тексту людей регулярно встречаю «ленивые» слова. То есть такие слова, которые печатаются автоматически и на письме кажутся уместными, но при редактировании осознаются — должны осознаваться — неестественными и лишними. Одно из самых популярных таких слов — «эдакий»: «эдакая противоположность», «эдакий Чарли Чаплин нашего времени», «эдакое путешествие в прошлое». Я думаю, вы тоже часто встречаете — или, может быть, даже используете — это слово. При этом, думаю, вы вряд ли когда-нибудь слышали, чтобы это слово кто-то произносил в устной речи. (Если только вам не приходилось общаться со старообрядцами или с Виталием Вульфом.) Потому что это неестественное слово — так никто не говорит. Естественнее сказать: «такой типа», «типа», «как будто» или «можно сказать». То есть «эдакий» — это слово-паразит, просто «красивое».

Проблема в том, что хорошие письменные тексты, как многим до сих пор представляется, не должны напоминать устную речь: в самых запущенных случаях людям кажется, что тексты должны быть максимально неестественными (бюрократический канцелярит), чаще — как минимум «красивыми» и «литературными» и написанными с помощью специальных слов (о похожей проблеме применительно к русскоязычным подкастам мы говорили с Гришей Пророковым). Эта инерция очень сильна: я вот, например, совсем недавно — с чужой помощью — осознал, что часто использую слово «мол» (в смысле «типа»). Мне это казалось нормальным: ну а что, я же пишу текст, а в разных текстах я это слово видеть привык. При этом вслух я это «мол» произносил, только перебирая устаревшие и нелепые слова.

В общем, на письме должен быть слышен ваш голос, а не какой-то «правильный» голос. Поэтому текст всегда надо читать вслух: там, где читать стыдно, стрёмно и неестественно, — там что-то не то.

В общем, как пишут последователи секты Ильяхова:

Эдакий —> …