Роботовладельческое общество: нюансы

Основы роботовладельческой экономики и последствия перехода к ней даны в прологе пьесы R.U.R. (Карел Чапек, 1920).
R.U.R. аббревиатура от Rossumovi univerzalni roboti (Россумские универсальные роботы).
Оттуда пошел термин робот: «Россум изобрел рабочего с минимальными потребностями. Ему надо было упростить его. Он выкинул  все, что не служит непосредственно целям работы. Тем самым он… создал робота».

С 1920-х по 1960-е роботами (существовавшими тогда лишь в НФ) называли именно это: автономную инструктируемую машину, имеющую геометрию, механику и сенсоры, как у человеческого тела. Вот почему робот заменяет человека на любом рабочем месте, не требующем оригинальности. Так показано в знаменитой серии Айзека Азимова о роботах.
В 1983-м, в эссе «Системы оружия XXI века» Станислав Лем отметил, что это касается «97,8 % рабочих мест как в сфере физического, так и умственного труда».

Между тем определение роботов размылось. Так стали называть любые программируемые машины (CNC) с манипуляторами. Они прогрессивны, но у них нет главного свойства роботов:
❗️робот должен заменять человека без перестройки производства.
Дороговизна CNC-перестройки такова, что в 1990-х рабочие в Азии оказались дешевле, и о роботизации почти забыли.

За поколение рабочая сила в Азии подорожала, и в 2021 Илон Маск объявил возврат к идее робота-гуманоида по заветам Чапека и Азимова. В мире технологий разворачивается настоящая гонка за создание идеального человекоподобного робота. Соответственно, приближаются последствия перехода к роботовладельческому обществу, отмеченные в R.U.R.

(продолжение следует)