По мере создания новой мебели Юль постоянно, до конца своих дней вносил изменения в интерьер, стремясь довести его до совершенства при помощи в основном собственных работ, ведь чужие, по его мнению, могли нарушить целостность гезамткунстверка. В результате дом стал прижизненным музеем дизайнера, а впоследствии приобрел и официальный статус музея: в нем посетители могут познакомиться со многими работами Юля (с бортиками и без), ставшими иконами дизайна, от стола «Judas» до кресла «Chieftain».

———

As his oeuvre expanded, Juhl continuously, until his death, made changes to the interior trying to perfect it with pieces of his own design (“When I build a house, I don’t like others to spoil it”) – the house was thus a constant Gesamtkunstwerk in progress, an informal museum of Finn Juhl’s designs. After Juhl’s death, the house was officially declared a museum. There one can see a plethora of Juhl’s designs (rimmed and rimless) that became icons of modernism, including the Judas table and the Chieftain chair.