Представьте: где-то в галактике (или прямо у нас под носом) на лотосе спит Брахма. Ему уже триллион лет снится один и тот же сон — заброшенная сельская школа, баба Марфа, портрет Ленина и пустая декабрьская деревня.

Она не уезжает к сыну. Протирает доску, поправляет Ильича, говорит с ним. Вся деревня — её. И Ленин — тоже её.

«Умру, а перед смертью ногой дёрну».

Вопрос не в том, сошла ли она с ума. Вопрос в том, что происходит, когда человек остаётся хранителем того, чего больше нет? Это упрямство? Любовь? Невроз? Или единственный способ не исчезнуть самому?

А ещё — кто кому снится? Марфа — Брахме? Или Брахма — Марфе?

👉 Вот пара зацепок для размышления:

Что для Марфы школа и портрет — подлинный экзистенциальный выбор или защита от пустоты?

Если она перестанет приходить, рухнет только её мир — или чей-то ещё?

И самое страшное: если Брахма проснется...кто умрет, а если Марфа откроет глаза? Чья реальность схлопнется первой — божественная или человеческая?