Через новости постигаешь. В конце ноября в Астане, столице супедружественного Казахстана, братского и всё такое, должен состоятся концерт Полины Гагариной. А потом выясняется, что он на грани срыва.
Думаю: что за черт, Гагарина-то чем провинилась? Вроде, не пучеглазый перешитый нетудазашлист с перьями в жопе, усыпанный переливающимися стекляшками от битых бутылок. Не какая-нибудь слюнявая метамфетаминовая гнида из хренереперов. Их, кстати, отбирают, наверное, по признаку сломанных среднего и безымянного пальцев на обеих руках, иначе почему у них все время жест – указательный и мизинец? Топорщатся как эрекция побольше и поменьше, только на кистях рук и только по две штуки на каждую. А с большим пальцев и вовсе. В сторону куда-то отломали. Торчливый отщепенец. Так и не понял до сих пор почему негритянские частушки на русском языке «так упоительны в России сфинктера».
Гагарина-то при чем в высоконравственном скрепном традиционном казахском обществе? Если уж и слушать кого, так точно её, а не Монеточку с Покровским.
Оказывается, мы не знали, что там националистическая общественность – друзья нашей с вами соседней свинофермы, завалили письмами все инстанции, что нельзя Гагарину, нельзя! Она СВО поддержала.
Странно удивляться человекам вообще, а лукавым человекам ещё страннее. «А гвинеец Сэ Брук обошел меня на круг. А ещё вчера, все вокруг: Сэм друг, Сэм наш, говорят, гвинейский друг», если кто не помнит. А давайте не замечать. Не нагнетать. Не сталкивать. Не провоцировать. Дружить давайте? А если кто-то кое где у нас порой помощи попросит пресечь попытку госпереворота – кинемся грудью. Только те, за кого мы животом своим и даже чреслами, на вопрос «Чей Крым» отвечать уклоняются. Рукой машут: да какая разница? Не нашенское это дело, отвяньте.