...Звон бокалов растекался по залу, смешиваясь с пустыми, ни о чём разговорами. люди говорили, но никто не слушал. слова рассыпались в воздухе, не достигая цели, как конфетти после праздника, который уже никто не помнит.
туфли Калеба чеканили шаг по кафельному полу – глухое, ритмичное «цок-цок-цок», будто кто-то отстукивал секунды до конца его терпения. он лавировал между столиками, сжимая в пальцах два фужера – один с терпким красным вином, другой с игристым шампанским, пузырьки в котором рвались к поверхности. важно было только одно: не расплескать, не испортить костюм, не задеть локтем чей-то бокал, не столкнуться с очередным подвыпившим гостем, который пытался обнять его за плечи и называл «старым другом», хотя видел его впервые в жизни. от них пахло чужими духами, чужими надеждами, чужой радостью, к которой Калеб не имел ни малейшего отношения.
ֵ музыка из колонок пульсировала в висках. голоса накладывались друг на друга, превращаясь в единый гул, от которого хотелось закрыть уши и зажмуриться. метр за метром, пока впереди не замаячила ткань портьеры - тяжёлый бархат, обещающий тишину.он перешагнул порог балкона, и шум плавно схлынул. стало тихо. почти.
ֵ Калеб аккуратно задернул за собой штору, обернувшись обратно. на перилах, слева, темнело разлитое пятно — не то вино, не то что-то покрепче. он брезгливо отодвинулся, не желая касаться липкой поверхности даже через ткань пиджака.
сигаретные окурки пестрели на полу, как опавшие лепестки давно увядшего цветка. и среди этого запустения – сгорбленная фигура Кавински. того самого Кавински, из-за которого Калеб вообще оказался на этой свадьбе. в этом пиджаке.
ֵ Следователь со вздохом облокотился на перила рядом. не глядя сунул гравированный бокал с шампанским Кавински.
Калеб сделал глоток вина. сладко. тепло разлилось по горлу, но не согрело. он посмотрел вверх - на небо, затянутое звёздами и пеленой облаков. шатен сделал ещё один глоток, чувствуя, как сладость обволакивает язык, и наконец заговорил – без напора, без надрыва, просто чтобы нарушить тишину, которая начинала давить.
— ну, ничего так, — сказал он, глядя вдаль. прохладный воздух обдувал их. — только салфетки дурацкие. ну кому на милость пришло в голову взять именно оранжевые? совершенно не подходят. к платью, к скатертям, к букету.. я бы на месте невесты застрелился.он скучающе покрутил бокал в длинных пальцах, наблюдая, как тёмная жидкость касается стеклянных стенок, оставляя на них едва заметный винный след.
⤓⤓ #interaction ˛˛