-держись, не чувствуй, не надейся-

Держись, не чувствуй, не надейся, не плачь, не верь, не говори, сиди, как мышь, в своей шинели у чёрной лампочки внутри.
Держись, когда любовь подступит и сядет тихо на кровать, она ж не вексель, не повестка, а всё равно начнёшь дрожать.
Не чувствуй тёплого дыханья, не тронь ладонью новый свет, ведь если в сердце будет утро, то кто ответит за рассвет?
И не надейся: это глупо, так шепчет опыт из угла, где жизнь - простуженная тётка, свои калоши берегла.
Держись, когда работа давит, и день, как кирпичом, в висок, а ты мечтал не гнуть железо, а выводить на коже сок.
Не чувствуй — выпей, станет проще, но проще только до утра: бутылка гладит, как маманя, а утром ржёт, как медсестра.
Ты не надейся на искусство, там тоже холод, долг и дым, но лучше голодать с рисунком, чем сыто гнить совсем чужим.
Держись, когда в груди поминки, а люди просят: “ну, держись”, как будто можно смертью близких заклеить треснувшую жизнь.
Не чувствуй детства, что под лавкой скулит щенком в ночной пыли, ему сказали: “будь мужчиной”, и дверь на ключик заперли.
Ты не надейся, если дама смеётся где-то в двух шагах, ведь счастье — зверь весьма домашний, но ходит в рваных сапогах.
Держись, когда твой рок лохматый орёт: “живи, гори, ломай!” Гори, мой друг, но не сгорайся, пой, пей с трубой, но не бухай.
Не чувствуй. значит, будь удобен, не пачкай белые ковры, а ты родился не салфеткой, а чем-то вроде злой искры.
Что-ж не надейся? Вот потеха. Надежда — пьяный воробей: сидит на проводе над бездной и всё чирикает: “сумей”.
Держись, не чувствуй, не надейся — три гвоздика в твою весну. А ты возьми да из упрямства вздохни — и выбери страну.
Не ту, где душно и привычно, где каждый страх давно родня, а ту, где страшно, но прилично живёт живой кусок огня.