Чего-то уникального в “Train Songs” нет, и этот #мэшап о самом известном примере с нашей стороны океана. 

Песня «Постой, паровоз» прорвалась в массы в 1965 году, когда в «Операции “Ы”» её спел Юрий Никулин. Для картины нужен был «блатнячок», поэтому Никулин наиграл Гайдаю несколько вариантов, и «Паровоз» победил. Сам он говорил, что услышал и выучил песню после войны (и записал её к себе в альбом). 

Это не противоречит версии о том, что песню написал  Николай Ивановский, загремевший в 1944 году по малолетке, что не помешало ему позже (после освобождения в 1953 году) стать осветителем на студии у Гайдая. 

Это же не противоречит тому, что песню написал родившийся в 1933 году Генрих Соломонович Сечкин, который отправился примерно в те же места в 1945 году, а в 1958 (через 2 года после амнистии) стал работать преподавателем игры на гитаре в «Государственном училище циркового и эстрадного искусства».  

Но есть данные, что песню задокументировали ещё в 1939 году в Магадане, где ни Сечкина, ни Ивановского не было. Более того, всё это, по-видимому, существовало гораздо раньше, так как «кондуктор, жмущий на тормоза» как должностное лицо существовал на имперских поездах в XIX веке — примерно тогда же появилась народная (солдатская) песня «Вот тронулся поезд», которая удивительно похожа на «Постой, паровоз» текстом и мотивом. 

В целом, это объясняет и вариативность «с последним приветом» / «с прощальным приветом» / «с последним поклоном», сохранившуюся вопреки тому, что версия от Никулина должна была стать каноничной. Это же вполне увязывается с тем, что у отдельных куплетов вполне могли быть собственные авторы (можете проверить полную версию от Богдана Титомира, например). 

И это же (а не только удачный кавер от группы Конец фильма) может объяснить определённое сходство с House of the Rising Sun, но об этом уже в следующий раз.