Правые будут говорить честно. Они скажут, что предлагают вот какое решение — просто стереть и уничтожить твою возможность защищать собственные границы. Что твоя возможность отказаться — баг системы, который давно уже надо пофиксить. Левые будут лгать. Они поддерживают предложение правых и тоже согласны, что твои границы — досадный баг системы. Но левые будут прикрывать свои убеждения прогрессивными терминами. Для левых уничтожение твоих границ необходимо для того, чтобы маргинализированные мужчины нашего мира смогли достичь хоть какой-то реализации прав, положенных им по рождению, в реализации которых им отказано.

Если подумать, то и левые, и правые считают, что твоя возможность отказать может быть актом угнетения; некоторые из самых высокопоставленных западных белых мужчин бьются в истерике над статистикой рождаемости и утверждают, что женщины, отказываясь от деторождения, угнетают само человечество. И левые, и правые считают, что твоя способность отказать — этический и моральный грех. Для левых согласиться — значит поступить по справедливости, отказаться — значит дискриминировать. Для правых согласиться — значит поступить по справедливости, отказаться — значит стать причиной катастрофы, равнозначной вымиранию человечества.

Все мужчины политически мотивированы воспринимать твою способность отказать как несправедливость, а общество и культура обязывают их исправлять и преодолевать эту несправедливость. Они исправляют и преодолевают эту несправедливость посредством изнасилования. Более передовые сторонники мужского превосходства добиваются укрепления психологических основ патриархата. Они стремятся к миру, где ты никогда не скажешь «нет», потому что ты хорошая товарка или хорошая жена; в таком мире не придётся говорить об изнасилованиях и думать о границах, потому что ты всегда будешь говорить «да». Таково истинное освобождение и для маргинализированных мужчин, и для мужчин более высокого статуса, которые их маргинализировали. Ты в принципе не должна была говорить «нет». Это неудобно. И они хотят удержать эту власть.

Не дай им этого сделать. Продолжай вершить несправедливость. Важно, что именно мы можем её совершать. Прими, что это неэтично, смирись, что совершаешь преступление, и улыбайся в ответ на все их попытки ослабить твою способность оборонять границы (прим. адм.: мы не считаем уместным советовать женщинам улыбаться даже назло). Пусть никто не сможет лишить тебя внутренней опоры. Если секс — жизненная потребность, то пусть сдохнут, а ты станцуешь над их чёртовым трупом танец из тиктока.

(2/2)