#рецензия
Фланнери О’Коннор «Царство Небесное силою берется»
 
«Царство Небесное силою берется» — второй и последний роман американской писательницы и яркой представительницы «южной готики» Фланнери О’Коннор, опубликованный в 1960 году. Как и в дебютном романе «Мудрая кровь», о котором я уже рассказывал, О’Коннор вновь обращается к своей излюбленной теме — человеку, пытающемуся избавиться от навязанной ему веры. И вновь чем настойчивее герой отрицает свое религиозное предназначение, тем сильнее оказывается его власть над ним.
 
Четырнадцатилетний Фрэнсис Марион Таруотер вырос вдали от людей под присмотром своего двоюродного деда Мейсона Таруотера — самопровозглашенного пророка, убежденного, что мальчику предстоит продолжить его дело. После смерти старика Фрэнсис должен выполнить два его поручения: похоронить деда по христианскому обряду и крестить сына своего дяди Рейбера. Но подросток восстает против предначертанной ему судьбы и отправляется в город к Рейберу, школьному учителю и убежденному рационалисту, который намерен избавить племянника от последствий религиозного воспитания. Однако Рейбер оказывается не менее непримиримым, чем покойный Мейсон: один требует от мальчика стать пророком, другой — доказать торжество разума.
 
Название романа заимствовано из Евангелия от Матфея: «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его». У О’Коннор эти слова обретают почти буквальный и пугающий смысл. Благодать вторгается в человеческую жизнь не как тихое утешение, а как сила, разрушающая все попытки от нее укрыться. Вода здесь одновременно несет смерть и крещение, огонь — разрушение и очищение, а стремление Фрэнсиса избежать своего предназначения лишь приближает его исполнение.
 
Как и герой «Мудрой крови», Фрэнсис пытается освободиться от веры, в которой вырос, но остается ее пленником. Однако если первый роман О’Коннор напоминает гротескный карнавал, то «Царство Небесное силою берется» — мрачную библейскую притчу. Это тяжелая, жестокая и местами отталкивающая проза, не предлагающая ни удобной морали, ни спокойного религиозного утешения. Роман невозможно свести к разоблачению фанатизма или торжеству веры над безверием: О’Коннор пишет о встрече человека с тем, чего он не выбирал и от чего не способен уклониться, превращая ее в одну из самых тревожных историй о свободе, насилии и благодати.
 
@literaryminds