Сидела сегодня на лекции Славы в музее AZ и думала, ну какая же у меня жизнь.

Вот в детстве я читала книги о музыке, и у меня не было возможности ее послушать, никак, даже в записи. В юности приходилось одалживать диски, искать их. Помню, Пендерецкий дирижировал Седьмой симфонией Бетховена, у меня не было денег сходить (надо было украсть, конечно, ради такого дела).

А сегодня я слушала лекцию про Пярта и Канчели и отрывки записей Tabula Rasa и Стикса и с удовольствием вспоминала, как я слушала их вживую в филармонии. Целый огромный оркестр с хором исполняли их для меня, и я могла все-все услышать и прочувствовать. Это же такая роскошь невероятная!

Сейчас Пярта и Канчели в России не исполняют, остается надеятся, что наступят другие времена. Я в целом этой надеждой и живу.

А перед лекцией я начала читать книжку про Андрея Анатольевича Зализняка «Истина существует». В предисловии авторка описывала, как Андрей Анатольевич собирал огромные аудитории на свои лекции, несколько раз писала про его особенный смех, про птичий наклон головы. А я помню этот наклон! Помню этот смех, его интонации, эти аудитории переполненные (я один раз стояла в проходе два часа). И даже с учениками я успела его послушать, они начали 10 класс тогда. В сентябре мы сходили на лекцию, в декабре он умер.

И я возвращалась домой по ночной Москве и думала: «Ну как так, что это все — моя жизнь? Невероятная музыка, невероятные люди — и все мне?». Не укладывается в голове просто, нет слов