«Я не помню себя без картин на стенах. Они были всегда...Против окон висела картина «Княжна Тараканова». Я помню, с каким ужасом я не могла отвести глаз от крыс…», — из мемуаров дочери Павла Третьякова — Александры Боткиной 📝 Дети Павла Михайловича буквально росли в «музее».
Сергей Щукин долго не решался повесить в доме панно Матисса с обнаженными танцорами и музыкантами. «Я не могу поместить ню у себя на лестнице. После смерти одного из моих родственников я принял в дом трех девочек, а у нас в России (мы здесь немного на Востоке) нельзя показывать ню девочкам», — писал он художнику📝 Правда, позже выход был найден: коллекционер сам закрасил «признаки пола» у флейтиста на панно «Музыка».
Спросили мнение современных коллекционеров-родителей: приобретая работу в домашнюю коллекцию, думают ли они о том, как ее воспримут дети, советуются ли с ними.
Екатерина Лапшина, коллекционер, сооснователь фонда «Новые коллекционеры»:
«Есть большая разница между мной как родителем и мной как коллекционером. Выбирая вещь в пространство дома и тем более в личное пространство ребенка, я много раз подумаю и посоветуюсь с ребенком. А покупая в коллекцию, я могу выбирать любую вещь, ей не обязательно жить в домашнем пространстве, но обязательно жить»
Полина Бондарева, коллекционер, основательница школы искусства и диджитал-галереи masters:
«Лично для меня, родительство не очень влияет на выбор искусства, скорее наоборот, с самого детства в комнатах моих детей были работы молодых художников, графика, коллажи, деревянные объекты. Крестная мама моей дочки (ей уже 16) Марина Гисич подарила ей уже не мало «шедевров» на вырост! Также я стараюсь водить детей на ярмарки Port Art Fair, win win и даю самим выбирать то, что откликается. Мне кажется, этот опыт очень ценным, ведь он дает возможность сформировать насмотренность и мыслить вне шаблонов»
А передается ли дух коллекционирования по наследству?
Для одних, коллекция родителей — обременение, от которого хочется избавиться. Например, коллекционер Алексей Бахрушин в письме брату настоятельно советует не оставлять коллекцию детям и внукам, потому, что они попросту распродадут ее «за что попало».
Для других — это вызов: ведь собрание воплощает вкус, опыт и страсть другого человека. Например, потомственный коллекционер Соломон Шустер не продолжил коллекцию отца, который собирал западноевропейскую живопись старых мастеров, а сделал свою — одну из самых внушительных в мире коллекций русского авангарда.
Для кого-то (хотелось бы верить, что их большинство) наследуемая коллекция — это драгоценная семейная реликвия, которую нужно бережно хранить и приумножать.
Алина Крюкова, коллекционер, основатель галереи a—s—t—r—a, сооснователь ярмарки |catalog|:
«Через родительство, как и искусство, мы соприкасаемся со временем. Для своей дочери я хочу сохранить память о себе не только как о матери, но и как о человеке, уникально проживающем определенные события. Я собираю ей работы небольшого формата, тех авторов, которые для меня лично что-то значат или каким-то образом сохраняют мои воспоминания. Дочери два года, а в коллекции уже есть работы Никиты Алексеева, Наталии Турновой, Дани Антропова, Паши Бумажного, малышек 18:22, Иры Кориной, Гоши Острецова, Петра Быстрова, Бориса Казакова, Аксаны Прутцковой, Виталия Тюрлика, Алеси Аси Заславской и других.
Я пишу ей истории, связанные с каждой работой, условные письма о себе через картинки, рассказывая почему, как и когда та или иная работа появились. В сфере моего интереса — стратегии формирования семейного наследия. Думаю, что такой формат может быть хорошим началом этого долгого и многоуровневого процесса»
А как вы считаете, существует ли «ген коллекционирования» или его можно привить?
_____
📷 Нижегородская игрушка из коллекции Алины Крюковой. Из интервью Объединения
📝А.П.Боткина. Павел Михайлович Третьяков в жизни и искусстве
📝 Письмо Щукина из книги Натальи Семеновой «Сага о Щукиных. Собиратели шедевров». 2019