👥Дипфейки и их (не)запланированные последствия.

Основные моменты из статьи Sandra Ristovska для издания American Bar Association.

Быстрое распространение технологий дипфейков, которые в настоящее время используются различными субъектами для создания синтетических видео для широкого круга как творческих, так и вредоносных целей. Однако, большинство дипфейков не встречает быстрого и успешного разоблачения. Иногда подлинность подозрительного видео не может быть легко проверена или определена как подделка.

В основе любой дискуссии об измененных или изобретенных изображениях лежит постоянная озабоченность силой визуального убеждения. Люди доверяют своему зрению больше, чем другим органам чувств. Таким образом, изображения более когнитивно и эмоционально возбуждают, чем другие средства коммуникации. Легкость, с которой мозг обрабатывает их, может усилить веру в то, что содержание соответствует действительности.

Самой возможности дипфейков было достаточно, чтобы посеять сомнения с потенциально пагубными последствиями. Господствующее в культуре представление о том, что видеть значит верить, уже давно привело к бинарному представлению образов как подлинных или поддельных, прозрачных или непрозрачных. Эта логика наивного реализма — то есть ощущение, что изображения могут обеспечить объективный или непосредственный доступ к реальности — формирует то, как люди видят визуальные медиа.

Прямой запрет на дипфейки, безусловно, нарушил бы защиту свободы слова. Поэтому более подходящий набор соображений включает вопросы о том, могут ли создатели вредоносных дипфейков нести гражданскую или уголовную ответственность. Уголовная ответственность может быть наступить в соответствии с существующими законами, такими как законы о мошенничестве или киберпреследовании.

Исследователи в области форензики, с другой стороны, подняли вопрос о дипфейках, усложняющих роль визуальных медиа в качестве доказательств в суде. Например, обсуждают возможность защиты от дипфейков (утверждая, что подлинное видео является фальшивкой), которая перекладывает бремя доказывания. Однако доказать отрицательный результат вне разумных сомнений может быть юридически невозможно. Второй сценарий — когда в качестве доказательства принимается дипфейк, считающийся подлинным. Таким образом, исследователи предлагают обучать судей и присяжных тому, как оценивать дипфейки. Такие усилия, однако, могут быть ограничены по объему без решения основной проблемы, связанной с унифицированным руководством и приложениями для обработки видео в качестве доказательства.

В США, например, видео используется в 80% уголовных дел, но в американских судах, от федеральных и государственных до Верховного суда, отсутствуют четкие правила и стандарты того, как видео может использоваться и представляться в качестве доказательства. Лежащее в основе распространенное предположение состоит в том, что видеодоказательства не должны регулироваться едиными стандартами, потому что увидеть значит поверить. Иными словами, в суде, как и в обществе, господствует логика наивного реализма. В результате судьи, адвокаты и присяжные по-разному относятся к видео, что может привести к непоследовательному и небезопасному отправлению правосудия. Без унифицированного научно обоснованного руководства для облегчения более качественной оценки видео в качестве доказательства в суде визуальные медиа, а не только дипфейки, будут только расти как вызов на пути к равному и справедливому правосудию.