ГОСУДАРСТВЕННАЯ СЛУЖБА И ЦЕРКОВЬ II.
6. В целом, современный подход таков, что государственная служба ассоциируется со скрытой нейтральной бюрократией. Это означает, что она не обладает признаками репрезентации. Насколько это справедливо? Скажем, в ряде случаев функция репрезентации работает, если речь идет о представлении конкретного органа. Так что скорректируем суждение. В действительности, нейтральная бюрократия не осуществляет репрезентация в конституционно-правовом смысле, то есть не является представителем народа. Однако, дополнительная сложность – лица, замещающие государственные должности. Например, судьи, председатель правительства и т.д. Вы мне скажете, что, мол, так и они не репрезентируют на фундаментальном уровне, они в лучшем случае представляют Российскую Федерацию, поскольку не избираются, не являются представительными органами с терминологической точки зрения и т.д. А я отвечу! Хорошо, но ведь и Президент РФ – это лицо, замещающее гос. должность. Может и корректнее было бы называть его единоличным органом, но толку-то от корректности, если Вам правовые акты говорят об обратном.
7. Почему это важно, что вот у нас есть Президент РФ, допустим, который осуществляет функцию репрезентации? Потому что здесь мы четко понимаем, что Президент РФ является служащим в общефилософском смысле слова (обладает компетенцией, полномочиями, направленными на общее благо), но не является таковым в строго юридическом смысле с точки зрения актуального публичного права России. Но, отбросим его. Деление на государственных служащий и лиц, замещающих гос. должность об этом нам и говорит. О двух «видах» общего понятия философско-правовой службы: где репрезентация включена (гос. должность) и где исключена (гос.служба). В каком-то смысле репрезентация – это уже вид службы. В одном случае служат отсутствующему (Богу, народу), а в другом – тому, кто репрезентует. Дальше можно свернуть на вопрос о том, насколько связана репрезентация и политичность, но я хочу пойти в другом направлении.
8. Далее просто вопрос к размышлению и обсуждению. Здесь мои компетенции сильно снижаются, но поправьте меня, если грубо ошибусь Можно ли сравнить священнослужителя и гос.служащего. Я беру не монахов, подчеркну, а именно тех, кто осуществляет функцию служения в конкретном месте, совершает таинства. Священник не является представителем Бога, т.е. функции репрезентации не осуществляет. Вместе с тем, он наделен властью совершать таинства, т.е. говорит нечто от имени Бога. Например, в таинстве исповеди. Является ли она по-настоящему служащим? Кому и каким образом? Мне представляется, что тут нельзя отвечать в самом общем виде, поскольку ответ зависит от ветви христианства. В протестантизме, католичестве и православии конфигурация разная. Возможно, сам ответ на вопрос, осуществляет ли священнослужитель функцию репрезентации является водораздельным в данном случае.


Следующий шаг подмывает сделать в сторону "государства правительства" и "государства управления", как о них пишет Шмитт, но я не буду. Итак много.