Определение СКЭС ВС от 31.05.2024 № 301-ЭС23-17393 по делу № А29-15503/2021 на первый взгляд не имеет отношения ни к административному праву, ни к административному процессу. Но на его примере очень хорошо можно объяснить разницу между частным и публичным, прямо по Ульпиану.

Суды взыскали судебную неустойку (п. 1 ст. 308.3 ГК), которую также называют на французский манер астрентом, с лица, участвующего в деле, за неисполнение определения об обеспечении доказательств. ВС указал, что в этом случае должен применяться судебный штраф (гл. 11 АПК), а не судебная неустойка. И это совершенно правильно: судебная неустойка — мера ответственности за совершение гражданско-правового деликта, она взыскивается в пользу кредитора; а судебный штраф — публично-правовая мера ответственности, он взыскивается в пользу государства. Неисполнение определения суда об обеспечении доказательств — совершенно точно не гражданско-правовой деликт. Пожалуй, можно было бы об этом более четко написать, но в целом определение СКЭС ВС мне нравится.

В связи с этим вспоминается и то, как у нас одно время исполнительский сбор (ст. 112 Закона об исполнительном производстве) путали с астрентом. Хотя разница между ними очевидна: один взыскивается в пользу государства, второй — в пользу взыскателя (и даже если взыскателем является государственный орган, тоже не в пользу именно этого органа). В свое время писал об этом в книге об исполнительном производстве Германии, где в этом отношении почти все как у нас, разве что исполнительский сбор не взыскивается по исполнительным производствам неденежного (по нашей терминологии — неимущественного) характера.