Дело «Исети». Часть вторая.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 25.06.2024 примечательно тем, что ВС РФ впервые направил на новое рассмотрение дело об изъятии активов в рамках т.н. «деприватизации» по иску Генеральной прокуратуры. В настоящий момент судами различных инстанций рассматривается более чем 60 подобных дел. Все они связаны пересмотром итогов приватизации 1990-х годов и затрагивают проблемы приобретения предприятий оборонной промышленности и других стратегических отраслей экономики весьма сомнительными личностями.

Многие коллеги, в особенности либеральных антироссийских убеждений, критикуют действия прокуратуры («писатели чудовищных исков рукой», «не разбирающиеся в частном праве» и пр.) и позиции судов нижестоящих инстанций.

К сожалению, данная критика не лишена основания. Так, дискуссионным является применение в данном деле ст. 169 ГК РФ (Недействительность сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка или нравственности), а также ст. 235 ГК РФ (Основания прекращения права собственности). Кроме того, уже давно истекли все объективные и субъективные сроки исковой давности. Именно на этом настаивали адвокаты Гайсина.

Как итог, Генеральная прокуратура и суды изъяли акции Гайсина в пользу государства в отсутствие соответствующих норм закона. Все плохо, справедливо вернуть акции Гайсину?

Отнюдь. Здесь перед нами открывается пространство для широкой дискуссии.

Сторонники мира с террористами враги России превозносят естественно-правовую доктрину, а всех оппонентов пытаются заклеймить узколобыми позитивистами (поборниками постоянно меняющегося по воле порочных властей писаного права). Некомпетентная Генпрокуратура топорно пытается попрать право частной собственности, верно?

Нет. Карл Шмитт выделял три типа юридического мышления: мышление о правиле (нормативизм), мышление о решении (децизионизм), мышление об идеале (естественноправовая теория). В данном деле здравомыслящему человеку стоит задуматься о благе для общества и государства в условиях военного конфликта, а также о справедливости итогов приватизации разграбления страны в 1990-е годы.

Для нас важен как смысл решения суда, так и тот идеал, к которому должны стремиться органы судебной и исполнительной власти. Какова реальность, окружающая иск Генпрокуратуры?

Первое. Процессуальный оппонент государства – региональный олигарх из 1990-х. Гайсин воспользовался т.н. «правом на забвение» в 2017 году и принудительно удалил из выдачи поисковых систем значительный объем информации о себе. Существует мнение, что губернатор Свердловской области Эдуард Россель (возглавлял регион в 1995–2009 годах) был недоволен предпринимательской деятельностью Гайсина, считал его недобросовестным собственником и предлагал национализировать его предприятия, доведенные до критического состояния. Скелеты спрятаны в шкаф?

Второе. По информации СМИ интерес государства к активам Гайсина может быть связан со срывом «Исетью» гособоронзаказа. Напоминаем, что Российская Федерация прямо сейчас ведет боевые действия.

Третье. О методах приватизации имущества в 1990-е годы, несовершенстве тогдашнего законодательства говорить попросту пошло. Должны ли мы в данном контексте придерживаться принципа незыблемости частной собственности? А если эта частная собственность была заведомо присвоена неправовым путём?

Как Российской Федерации стоит поступить с точки зрения правового идеала и справедливости решений? Разберемся в заключительной части.