Снятые на видео случаи подростковой жестокости ужасны. Но только по сообщениям СМИ мы не можем судить о тенденции. Однако, вот то, что я писал в обнародованной в ноябре 2024 года аналитической записке:
Неспособность освоить учебную программу в значительной степени усугубляют разворачивающиеся в школе дисциплинарные проблемы. Со времен СССР статус учителя в обществе снизился, а детская безнаказанность, гиперопека и вседозволенность возросли. На фоне увеличения общей численности детей и сокращения специализированных школ для детей с девиантным поведением (на графике — желтым) никаких дополнительных рабочих структурных инструментов не появилось. Не сформированы административные и педагогические инструменты для решения учителем дисциплинарных проблем.
Сравнивая нынешних хулиганов и советских, Анзор Музаев отметил более суровые реалии. Екатерина Сморода сообщила о том, что 50% учителей сталкивалось с хамством. По данным ВШЭ, 70% школьных учителей сталкивались с травлей, 50% – испытывали её на себе не единожды, а 6% учителей подвергаются травле регулярно. По данным исследования НФ, 17% учителей сталкивались с травлей со стороны учеников и родителей.
Относительно молодое дисциплинарное бедствие – мобильные телефоны. Несмотря на законодательный запрет использования телефонов на уроке, учитель редко может этого добиться. Проблема остается нерешенной: отсутствуют административно-педагогические механизмы ее реализации.
В этих условиях появляются все виды травли, повышается агрессивность, обостряется межнациональная рознь, создаются группировки.
Такое обрушение дисциплины и контроля над ситуацией со стороны учителей ведет к дальнейшему снижению качества обучения. Даже мотивированные дети оказываются в неблагоприятных для обучения условиях. Ощущая это на себе, вовлеченные родители стараются уйти из плохих и найти хорошие школы. Нарастают процессы бесконтрольной институциональной сегрегации, что может привести в том числе к геттоизации школ и целых районов.
Информация о подростковой преступности неоднозначна. Статистику собирают разные ведомства. Например, в июле 2023 года МВД сообщает о снижении подростковой преступности, в декабре общество ужасается желанию подростков подражать героям сериала “Слово пацана”, а в апреле 2024 года председатель СК РФ Александр Бастрыкин заявляет не просто о росте подростковой преступности, но о росте тяжких и особо тяжких преступлений.
Еще раз отметим, мы видим высокую востребованность учреждений уголовно-исполнительной системы (на графике — красным) для детей и существенное сокращение образовательных учреждений для детей с девиантным поведением. Данные графики с высокой долей вероятности говорят о том, что сохраняющийся на значительном уровне “трудный” контингент прячется "под ковер" и вместо сокращенных специальных учебных заведений “обучается” в общеобразовательных школах.
Не имеющие возможности отправить школьников с девиантным поведением в специализированные школы, учителя вынуждены “тащить” их до тех пор, пока те не совершат преступлений, которые караются статьями УК РФ для несовершеннолетних. После чего несовершеннолетние преступники поступают в ОУ УИС, обеспечивая их востребованность, которая отражена на графиках.
Один такой ученик способен полностью разрушить процесс обучения и искорежить социализацию во всем классе, а порой во всей параллели и даже больше. Показывая пример асоциального поведения, они распространяют соответствующие модели поведения.
Учителя зачастую оказываются не в состоянии работать с этим, особенно учитывая, что в основном это женщины преклонного возраста.
Кроме того, учитывая рост процента не включенных в русскую культуру и не знающих русского языка детей, детей национальных меньшинств с гражданством России, обучающихся вне районов исторического проживания, неизбежный рост безотцовщины вследствие СВО, сокращение количества учителей в школах, сворачивание системы дополнительного образования, можно с высокой долей вероятности прогнозировать ухудшение ситуации с количеством подростковой преступности.
#безопасность