В парке сцену увидела. Пришла девушка с малышом. Постелила покрывало так, чтобы ребенок был в тени дерева, а сама легла загорать на солнце.

Ребенку скучно, он тоже выползает на солнце. Она его перекладывает обратно и говорит:

— Солнце вредное! Нельзя на солнце!

И продолжает загорать.

А это еще абсолютно невозможная сцена для южной Испании. Там если ты лег в час дня позагорать под прямые солнечные лучи, вечером тебе потребуется пересадка кожи. На севере солнце не настолько активное, но риск все равно ощутимый.

Ребенок снова выползает на солнце, девушка ему снова говорит:

— Нельзя на солнце! Это вредно! Солнце плохое!

Кладет его обратно в тень и продолжает лежать. Ребенок почти младенец, сформулировать ничего не может, но в его глазах читается: почему тебе можно, а мне нельзя? И он снова пытается выползти на солнце.

Представила этого парня спустя двадцать лет. Испанцы хорошо понимают, где они живут и что им угрожает (рак кожи и полет в пропасть по итогам прогулки с наследником).

И вот этот парень вырастет, придет к психотерапевту и будет ему говорить: доктор, я все понимаю, солнце опасно. Оно вызывает рак. Но меня к нему так и тянет, так и тянет. Когда я вижу прямые солнечные лучи — я немедленно под них выбегаю, я просто не могу себя контролировать.

— А когда это началось?
— Понятия не имею.