Спустя 6 лет после первого просмотра «Чертово колесо» ФЭКСов вчера, на открытии Фестиваля коллективных фильмов в ГЭС-2, совершило в моем сознании подъем-переворот. А коллектив субличностей внезапно осязал амплитуду между «пссс, авангард 20-х, пошли в столовку» до сжатого в поисках хоть одной морщинки на теле фильма сердца.

Козинцев, Трауберг, Москвин, Пиотровский — как им удалось, на дистанции даже сорока минут, утверждать такую графичность пространства?!?!? Нет, я знаю про «Синюю блузу» в анамнезе, про дизайнерские опыты, про их высиживание у станка — «а вот это сочетание цветов, а такая вот каллиграфия карнавала эффективны на "стройке века" — возведении товарища нового человека?». И все же: вывески и плакаты данс-площадок, зажатые между кромками кадров и трущобами Ленинграда, продолжают любую ломанную линию эксцентрической пластики актеров. А скелеты букв в интертитрах (гОлодно было тогда всем, без исключения) умудряются из последних сил завитки тащить за собственные контуры в направлении динамики всей сцены. Вообще не дают продыху асимметрии человека — хоть жулика с лицом-закавыкой, хоть протагониста-моряка с лицом-мостовой — и города: зритель по нему катится, запинаясь об аттракционы, пивнухи и руины, сверху-вниз, вслед за сюжетом и главным героем. Ломаные линии, монтажные и внутри кадров, работают на износ, общие планы зигзаобразны, а фонетика киноязыка одновременно внятная и напоминающая транскрибацию с фарси на старославянский.

Теперь думаю, мб это лучший фильм ФЭКСов? При живых же «С.В.Д…» и «Шинели»? Из него, по крайней мере, в современность глядят, так пристыжено, но не отворачиваясь, дыры в окраинных многоэтажках города, которого уже нет. А тогда только-только уродился, в муках. Если честно, ну нечем же нам ответить больше на этот первый — утробный, вытанцовывающий из тьмы — крик новорожденного.