Вышедший недавно, американский мини-сериал «Special» (https://youtu.be/fZUw6IWCDXw) о молодом гее с ДЦП, наверное, хуже книги, которая положена в основу, - пусть главную роль в телешоу и сыграл сам автор, Райан О’Коннелл, сценарист по своей первой профессии.
Судить наверняка не берусь, я читал из книги «I’m Special: And Other Lies We Tell Ourselves» только отрывки, - и они примечательно беспощадны в своем сарказме, предъявляя беззастенчиво и ярко, сколько усилий для жизни (условно) нормальной нужно предпринимать людям с инвалидностью.
Людям «особенным» - Special – приходится потрудиться, чтобы получить то, что прочим достается запросто. Например, возможность вскрыть письмо, а не порвать его. Например, возможность носить обувь со шнурками. Например, возможность не только поднять ноги, но и их раздвинуть.
В своей пара-биографии Райан О’Коннелл, родившийся с легкой формой церебрального паралича, показывает, что можно состояться самым полноценным образом, если хорошенько поработать над собой, и честность по отношению к себе - немаловажный момент на этом пути. Его лирический герой хочет быть самостоятельной человеческой единицей, и это получается у него, потому что он готов говорить о себе правду.
Такова логика истории, вначале ставшей книгой, а затем и проектом Netflix. Сравнение их возможно, но необязательно, потому что текст – это текст, а визуальный ряд разворачивается по своим законам.
Мини-сериал «Special» - то есть восемь эпизодов по четверти часа каждый – очень похож на австралийский проект «Please like me» о юноше-гее и его маме (тут пара слов о нем: https://t.me/gaybooksfilms/57). И сравнение это не в пользу американского телешоу, - которое эмоционально мельче и в меньшей степени гротескно.
Райан О’Коннелл рассказывает о жизни гея с ДЦП в температуре ровной, - это, по сути, классический ситком, где два сюжетных притопа сопровождаются тремя шутками-прихлопами. Но, поскольку о жизни геев с инвалидностью (то есть, «особенных» вдвойне) стороннему известно мало, то оригинальным кажется любое па.
Если ноги можно только поднять, но не раздвинуть, то каким тогда может быть секс?
«Special» приглашает к рефлексии, - как и, скажем, сериал «Girls», но, в отличие от него, не выдает говорливость за остроумие, а грубость за искренность. Там, где девочки утомляли свои вагины монологами, у мальчика с ДЦП обходится парой шуток той или иной степени ловкости: «Я голопятая графиня», - говорит он, пытаясь разбить яйцо в чашку так, чтобы в нее не попала скорлупа. «С ним я не чувствую себя уродом на цепи», - говорит он матери, признаваясь, что влюблен.
Это, конечно, телешоу, - род развлечения со всеми неизбежными для него минусами. Например, там назойлив продакт-плейсмент – у всех героев гаджеты одной и той же фирмы. Например, трехмерный главный герой там взаимодействует с персонажами плоскими, - скорее, со своими проекциями, нежели людьми (Райан О’Коннелл из тех авторов, которые хорошо умеют описывать только себя).
Зато очень уместно выбрана форма, - суперкраткость. Не столько рассказывая, сколько обозначая, «Special» представляет не человека с инвалидностью, а идею о нем. Для первого знакомства с темой – самое то.
Работая эскизно, Райан О’Коннелл не взывает к милости к падшим. Потому хотя бы, что падших там нет, - в милости, как и в милостыне, «особенные» люди не нуждаются.
«От себя трудно убежать. Особенно, если ты колченогий».