#комиксысодомиумора Если книга называется Fun Home, то по законам современного сюжетосложения она не может быть смешной. Свой графический роман Элисон Бекдел обозначила как «семейную трагикомедию» и, дав понять, какой эффект хочет произвести, добивается своего: там есть место веселому. Юмор, правда, особый, - кладбищенский.

Это громкий роман, - у него была отличная пресса сразу после американского релиза в 2006 году, в следующем десятилетии был успешен одноименный бродвейский мюзикл, а сейчас, слышал, готовится и фильм. На русском «Весёлый дом» заговорил в 2018-м в переводе Анастасии Зольниковой.

Это важная история. Художница-комиксистка Элисон Бекдел, одна из самых заметных представительниц американского квир-сообщества (см. тест Бекдел), оформила в книгу свои отношения с отцом, который был геем и погиб, когда ей было 19. Рассказывая о собственном взрослении в маленьком городке в Пенсильвании, автор-лесбиянка использует образ покойного отца как кривое зеркало, - перебирая воспоминания о нем, она пытается найти объяснение собственным поступкам и решениям.

Он. Был художественно одарён, но после учебы вернулся в родной городок, в семейный бизнес, - назад в семейное похоронное бюро, где вскрывал и прихорашивал покойников; параллельно работал школьным учителем английского; был знатоком старины и жил с семьей и детьми в старом доме, который постоянно реставрировал; одетый с иголочки, производил впечатление искусственное; изменял жене с мужчинами, о чем та знала; однажды попал под суд за то, что поил алкоголем несовершеннолетнего (и, вероятно, занимался с ним сексом); погиб под колёсами грузовика, - вероятно, самоубийство.

Она. В детстве насмотрелась на мертвецов в похоронном бюро; в отрочестве приобрела компульсивно-обсцессивное расстройство, от которого потом избавилась; искала отцовской любви, но находила с переменным успехом; как и отец много читала; как и отец свою жизнь рассматривала через призму литературы; в гомосексуальности родителям призналась, когда уехала учиться в колледж, а вскоре умер отец; разговора по душам с отцом у нее так и не было, - сам «Весёлый дом» и есть попытка такого диалога.

Повествование в «Веселом доме» нелинейно, - оно, подчиняясь логике воспоминания, скорей, ассоциативно. Одни и те же события показаны то под одним углом, то под другим, создавая ощущение, будто спадают покровы, приближая к истине. Это роман-комикс, который скорей, читают, нежели рассматривают, - кроме реплик, там много вырезок и цитат. Очевидно, что к размышлениям приглашает человек взрослый, умудрённый опытом, - юмор суховат, выводы трезвы, интонация уверенная, вызывающая доверие. Элисон Бекдел не винит отца, - став старше, чем был он, когда погиб, она заново выстраивает причины и следствия: было бы лучше, если б он не скрывал свою гомосексуальность, но где была бы она, его дочь, если б не скрывал?

Выполненный в два цвета, чёрный и бледно-зелёный, «Весёлый дом» избегает эмоций безусловных, будь то горе или радость - следить за ходом мысли не скучно и хочется узнать, что будет дальше (пускай и ясно, что точку можно поставить в любом месте, - разговор со своим прошлым мы ведём всегда, и каждый раз по-новому). В книге любопытна определенность адресата, - квир-человек говорит для квир-людей, привлекая коллективные переживания квир-сообщества (например, Стоунволлские бунты) для понимания индивидуального опыта, и напротив из драматичных частностей выстраивая подобие универсальной ценности: все мы чьи-то дети, всем нам нужен такой разговор.

Кто ты, отец? Хочется думать, что ответив на этот вопрос, найдёшь и решение другой задачи: кто я?