Посёлок мойНа этих выходных я совершенно спонтанно уехала в Лежнево, ну как спонтанно, просто мама напомнила: со смерти дедушки прошло тринадцать лет, и я поняла, что в такую дату мне очень хочется оказаться именно там, хотя не была в посёлке лет шесть.
Лежнево — маленький посёлок под Иваново, куда меня в детстве каждое лето отправляли к бабушке на все три месяца, а три месяца в детстве — огромный кусок жизни, поэтому у меня там было всё: друзья, первые влюблённости, ссоры, письма и отдельная версия меня, знавшая каждый двор.
Я приехала в серый дождливый день, и со стороны здесь, довольно уныло: старые дома, мокрый асфальт, облупленные подъезды, разбитые дороги, но я вообще не умею видеть Лежнево таким, потому что поверх каждого дома сразу появляется ещё один слой, и я иду с сестрой и каждые несколько минут начинаю: «Ой, вот тут она жила, а здесь тот, а тут мы следили за мальчишками, в которых были влюблены».Вот здесь мы носились с палками и представляли, что это наши собаки, вот по этой дороге каждый день шли в школу мимо болота, а вон там жила Юлька, встречи с которой я ждала весь год, потому что летом мы виделись каждый день и сами придумывали себе жизнь: интернета не было, дома я почти не сидела, поэтому каждый день превращался в историю, поход, слежку или грандиозный план, а зимой мы писали друг другу бумажные письма, которые у меня до сих пор хранятся.
там меня накрыло ещё одним воспоминанием: телефона у бабушки тогда не было, поэтому примерно раз в неделю, кажется по пятницам около шести, мы ходили к соседке ждать мамин звонок с работы, и я до сих пор помню это ожидание почти телом — вот сейчас зазвонит телефон, я услышу мамочкин голос, она расскажет, что мне купила, когда приедет и что мы будем делать, когда я вернусь домой.
А ещё мама присылала мне посылки, и я считала дни, приставала к бабушке, не пора ли снова на почту, а мы шли проверять, не приехала ли наконец коробка; сейчас можно написать человеку в любую секунду, а тогда голос, которого ждёшь до пятницы, и посылка из Екатеринбурга ощущались почти физическим доказательством: мама обо мне думает и меня ждёт.
Потом мы дошли до лавочки, которая стоит там, кажется, всю мою жизнь, и на ней до сих пор выцарапаны те же матерные слова, а возле дома всё ещё пахнет той самой нагретой стеной и смолой, и тело узнаёт этот запах раньше головы, потому что вместе с ним возвращается весь дом — бабушка на кухне, дедушка где-то рядом, знакомые голоса и детская уверенность, что все твои взрослые на месте и никуда не денутся. Я посмотрела на окно бабушкиной квартиры,
про которую уже когда-то писала здесь, только теперь там живут другие люди: я помню, где стояла мебель, где сидел дедушка, как бабушка ходила по кухне, а за знакомым окном кто-то другой пьёт чай и живёт свою жизнь там, где в моей голове до сих пор продолжается наша.
Наверное, поэтому мне и нужно было приехать именно сейчас, в дедушкину годовщину, потому что Лежнево хранит его куда лучше любых фотографий: он там не на портрете и не в рассказах, он как будто встроен в эти стены, запах дома и ту детскую уверенность, что если открыть дверь, то все будут дома.
При этом посёлок не стал музеем, потому что там до сих пор живёт семья дяди. Вечером мы снова сидели семьёй, а с дядей пели под гитару те же песни, которые горланили на застольях всё моё детство, и прошлое на несколько часов перестало быть прошлым.
Этот маленький серый посёлок для меня выглядит огромным, потому что здесь почти нет пустых мест: каждый дом кем-то занят, каждая улица что-нибудь помнит, и где-то между ними до сих пор носится маленькая я, которая утром просыпается у бабушки, убегает к Юльке, ждёт пятницы, чтобы услышать мамин голос, возвращается домой к дедушке и совершенно не подозревает, что однажды будет специально ехать сюда через много лет, чтобы снова пройти по этим улицам и на несколько часов оказаться в мире, где все ещё дома.
#личное@kpsmyslov
