Вторая основная линия — психологическая.

То, что не так уж часто проговаривается, но важно для понимания этой темы: мы не рождаемся чистыми листами. Наш темперамент — или, если хотите, характер в самом широком смысле — имеет и генетический компонент. Этот компонент связан с так называемым полигенным наследованием, и его можно представить как передачу определённых предрасположенностей.

То есть наследуется не «готовый характер» целиком, а множество небольших склонностей: например, к большей чувствительности к стрессу, более высокой эмоциональной реактивности или трудности с торможением импульсов и так далее. А уже дальше, во взаимодействии со средой, эти предрасположенности постепенно оформляются в то, что мы потом называем характером или стилем личности.

Затем, когда человек начинает взаимодействовать с окружающим миром, а в самом раннем возрасте — прежде всего с значимыми взрослыми, у него постепенно формируются внутренние модели: какой мир вокруг, какой я сам и какие другие люди. Психология описывает это через несколько дополняющих друг друга теорий.

Наверное, самая известная из них — теория привязанности, которая показывает, как через отношения со значимыми взрослыми формируются определённые ожидания от будущих отношений. Но тут важно сразу оговориться: именно из-за своей популярности эта теория часто переоценивается. Она действительно описывает важный феномен, но не объясняет всего. Более того, пресловутые стили привязанности не «отпечатываются» в человеке навсегда ещё в младенчестве: привязанность — система динамическая, а не фиксированная.

Поэтому существуют и другие важные рамки. Например, теория социального научения Бандуры, которая делает акцент на последствиях поведения и обучении через наблюдение; Reinforcement Sensitivity Theory Джеффри Грея, которая ставит во главу угла различия в чувствительности к наказанию и поощрению; различные психодинамические модели и другие подходы.

Тем не менее, для описания именно психологической составляющей в этой теме удобно пользоваться когнитивной теорией, потому что она хорошо собирает многое из перечисленного. В этой рамке человек во многом состоит из разных схем — как по содержанию, так и по степени устойчивости. Эти схемы можно описывать через глубинные убеждения, правила жизни и собственно схемы. Я не буду подробно останавливаться на их перечислении: их много, и они могут называться по-разному.

И здесь тоже важно подчеркнуть: это не что-то раз и навсегда «вбитое» в человека. Такие структуры могут меняться в течение жизни, а кроме того, они нередко поддерживаются и усиливаются культурой, социальной средой и повторяющимся опытом.

Всё это я описывал для того, чтобы стало понятнее: мы реагируем на критику не просто на уровне слов. Мы реагируем на неё через призму — или, если угодно, через фильтр — уже сложившихся на данный момент убеждений о мире, себе и других людях.

Поэтому при определённом стечении обстоятельств человек может услышать не «ты ошибся», а «ты плохой». Я, конечно, сильно упрощаю, но сама логика примерно такая.

Помимо этого, в психологии происходит много чего. Например отдельно выделяют и такой феномен, как rejection sensitivity — чувствительность к отвержению. Под этим обычно понимают склонность тревожно ожидать отвержения, быстро распознавать его возможные признаки и остро на них реагировать. Изначально этот конструкт вырос из исследований привязанности и межличностных отношений, хотя сегодня он используется гораздо шире. Сейчас его всё чаще обсуждают в связке с РАС и СДВГ, из-за чего он становится популярнее и в публичном поле.

А вот то, что с со всем этим делает социальная и культурная среда, я разберу в следующем посте.