Ну и раз уж взялась мести по сусекам, вспомним совсем давнее. В позапрошлой жизни, в ЖЖ, я сочиняла истории о драконе — студенты звали меня драконом Фафниром, лирический герой был очевиден.

Дракона многие любили, положу здесь своего рода пролог к тому циклу, а остальное собрано единым файлом на гуглдокс.

***
История первая
«…а всё, что дальше будет с ним, мы постепенно объясним».

И они пошли дальше.
Поначалу рыцарь то и дело оглядывался на ржавые ворота, из-за которых всё ещё слышалась музыка и взрывы застольного хохота, но потом дракон покачал головой:

— Бесполезно. Если ты не согласишься, просто окажешься там, где был изначально. Если согласишься — вернёшься другим.
— Другим путём? — уточнил рыцарь.
— Вернёшься — другим, — повторил дракон. — И толку в этом случае запоминать, сколько шагов от ворот ты прошёл?
— Понял, — покорно кивнул рыцарь, ничего, откровенно говоря, не поняв. — Только… Ты не мог бы лететь помедленнее? Чуть-чуть? А то я задыхаюсь.

Глянув вниз, дракон виновато сложил крылья и опустился на землю:

— Прости. Прости, я не нарочно, просто меня так и подбрасывает. Не каждый день находишь главного героя…

И они пошли дальше.

Дорога уверенно вела сквозь цветущий чубушник и липы, предвечернее солнце стелилось по ветру, не обжигая. Рыцарь смотрел на сиренево-белую путаницу душистого горошка по обочинам, на жёлтые колосья донника… и думал, что не знает, как называются все эти цветы, но, если надо, дракон ему скажет.

А дракон тем временем рыскнул в сторону и склонился над кустом шиповника, — шиповник рыцарь признал — аккуратно откручивая когтями веточку с цветком.

— Нож дать? — предложил рыцарь.
— Нет, — отозвался дракон. — Это будет не по правилам.

Одолев, наконец, жилистый стебель, дракон протянул рыцарю шелковистый алый цветок с кружевной розеткой листьев.

— Цветок в петлицу?
— Ну, да. Но на самом деле это — вроде знака. Так положено.

В это мгновение воздух слева тяжело дрогнул, рассыпался прохладными каплями и застучал, как сердце рыцаря.

— Соловей, — пояснил дракон. — Ты давно соловьёв не слышал?

Рыцарь только кивнул.
И они пошли дальше.

— Лето, — продолжал дракон, — время свершений и событий. Зима — время рассказов и осмысления. Если ищешь подвигов — это авентюра, если поиск изначально предметен — квест… Ну, всё просто, да?
— Просто, — согласился рыцарь. — А приключения?
— Это само собой, — улыбнулся дракон. — Здесь всё — приключение.

Старушка, вышедшая им навстречу из леса, была удивительно опрятна: белая косыночка, чистое ситцевое платье, передник… она гнала ивовым прутом двух коз, привстававших на дыбки пожевать ветки. Чёрная коза деловито пробежала мимо, а седая, с тёмной полосой по хребту, остановилась, ухмыльнулась и мигнула золотым глазом со щелевидным зрачком.

— Это что? — спросил рыцарь.
— Бабушка коз пасёт, — недоумённо ответил дракон.
— А на самом деле… ?
— И на самом деле: бабушка пасёт коз. Там, под холмом, деревня. А мы, кстати, пришли.

Дорога кончилась. Рыцарь глянул чуть влево и остановился.

Перед ними открывался с холма необъятный сине-зелёный простор: вода, острова, горбатый горизонт, тугие клубки облаков… Ветер перебирал осиновые листья, пахло пыльной полынью, тропинка уходила по склону куда-то в заросли узколистых серебряных кустов, благоухавших мёдом.

— Там, — сказал дракон, махнув лапой вдаль, — земля Логр, там — Валезия, Норгальс, там — Бробарц, там — Табронит, там — Хесседот, Госкураст, Астолат… Кардоэйль отсюда даже видно, вон там, чуть правее облака с жёлтым боком, а Карминаль и Мунсальвеш, сам понимаешь, нет.

У рыцаря загудел телефон, но он не ответил.

— А если я поставлю здесь палатку и поживу дня три?.. Можно?

Дракон задумался.

— К Троице тебе надо быть в Камелоте, к Иванову дню — отправляться в путь… Если ты согласен, конечно. Если будешь главным героем. Так как, начинаем?

Рыцарь стоял, глядя куда-то в сторону невидимого Карминаля, и молчал.

Вопрос был не по-драконьи глуп.