Тарих Дагестан

Отношение алима Мухаммада-Али из Чоха к восстанию 1877 года в Дагестане.

«Составлено 18-го числа месяца рамадан 1294 г.х./ 26 сентября 1877 г.

Это было в то время, когда мюриды пришли в движение, подстрекаемые смутьянами, и стали разъезжать по селениям под именем благородного шариата, хотя деяния их вовсе не соответствовали шариату, а поступки не были праведными.

Воистину, мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся!

О, какое великое бедствие постигло мусульман вследствие того, что они сами творили! И потому завещаю вам, завещаю вам и ещё раз завещаю вам, о братья по вере: никогда не следуйте повелениям тех, кого называют мюридами!* Ибо редко можно встретить среди них добро, напротив, зло и пагуба окружают их со всех сторон. В этом мы убедились собственными глазами, а ведь после увиденного воочию не требуется никаких доказательств. На этом мир вам! И приветствием, обращённым к людям справедливости и беспристрастия, завершается наше слово»


Также пишет Мухаммад-‘Али из Чоха: «И скончался полковник Мамалав, сын Мухаммада из Чоха в 1301 г.х., 21 Джумад I, в среду после обеда/ 18 март 1884 г.».

*Речь идет о сторонниках предводителя восстания в Дагестане – Мухаммад-хаджи ас-Сугури.

Родословная потомственного кадия из Дуранги

«Этот учёный, шейх и кадий Мухаммад скончался 5 июля 1907 года в возрасте 80 лет. Да помилует его Аллах! Он родился в селении Дуранги, где впоследствии скончался и был похоронен. Его родословная по отцовской линии: Мухаммад, сын Хамзы, сына Юсуфа, сына Раджаба, сына Мухаммада, сына Даци, сына Иса-хана. Его матерью была Паху, дочь известного учёного и шейха Мухаммада, прозванного Бадуном, сына кадия Сагитилава, сына кадия Каримилава, сына Хасана, сына Алибека, сына Цихилава, сына Алибека, сына Цихилава, сына Алибека. Да помилует их Аллах!»

Мухаммад-кади, сын Хамзата, – известный алим и историк, отец Хамзата Кадиева, автора сочинения, посвящённого истории Гражданской войны в Дагестане.

Эта родословная представляет особый интерес, поскольку Хамзат Кадиев в своём сочинении упоминает, что в древности представители их рода являлись правителями исторической области Юрт, позже ставшей частью Мехтулинского ханство, под управлением ветви аварских нуцалов.

В частности, он пишет «Юртстан в настоящее время занимает большую часть Дженгутаевского участка. На его территории расположены десять населённых пунктов, жители которых говорят на аварском языке: Кулецма, Урма, Охли, Ахкент, Аймаки, Чогли, Апши, Аркас, Дуранги и Верхний Дженгутай. Центром Юртстана является селение Кулецма. Среди местного населения встречаются представители различных социальных сословий: свободные уздени, известные под разными наименованиями, чанки, а также освобождённые рабы, численность которых невелика. В древности же Юртстан представлял собой самостоятельное владение, находившееся под управлением рода Кадиевых».

Интересные предания, записанные Али Каяевым.

1. Я слышал, как хаджи Муртаза-‘Али ал-Кудали (Халаков) рассказывал, что прежде селения Согратль, Чох и Кудали были объединены общим управлением и судопроизводством. Кадий был из Согратля, старшина – из Кудали, а мангуш – из Чоха.

2. Я слышал, как Мирзал-Мухаммад из Цудахара говорит: «Я слышал от брата Хамзы из Ахара, переселённого в Цудахар во времена Агалархана, что предок Хамзы (то есть их предок в четвёртом поколении), происходил из селения Буцра, одного из селений Аварии. Он прибыл в Кумух изгнанником, остался в тех краях и поселился в селении Ахар (ныне заброшенное лакское селение).

3. Также я слышал, что предок Мухаммада-кадия из Цудахара (то есть их предок в шестом или пятом поколении) происходил из селения Буцра, одного из селений Аварии.
Причина их переселения в Цудахар заключалась в следующем. Их предки в том селении предавались распутству и посягали на честь женщин односельчан. Когда их распутство и бесчинства стали невыносимыми, жители селения, сговорившись, убили их. Двое их сыновей в то время находились в селении Гергебиль, где учились. Опасаясь, что, если они останутся там, их тоже убьют, они бежали в Цудахар и поселились в нём. От одного из них происходили кадий и его потомки, а от другого – остальная ветвь рода.

Эти два рассказа я нашёл записанными рукой покойного учёного Мухаммада, сына кадия Зайда ал-Куркли.

Письмо мухтасиба Андалала Мухаммада из Кудали к чохцам и гамсутлинцам.

«От смиренного раба [Аллаха] Мухаммада ал-Кудали – его благородным братьям, общинам Чох и Гамсутль.

Мир вам, милость Аллаха и Его благословение! Да дарует вам Всевышний Аллах следовать Его велениям и избегать всего, что Он запретил.

А затем: ваш кадий Ахмад (Согратлинский) принадлежит к числу людей, которым я доверяю. Повинуйтесь ему в том, что он вам повелевает и что запрещает. Кто повинуется ему, тот повинуется мне, а кто ослушается его, тот ослушается меня. Ведь он велит вам лишь одобряемое и запрещает лишь предосудительное.
Мир вам!
(На подлиннике его печать)»

Переписал Али Каяев с оригинала письма.

Интересное письмо Амирасул Мухаммада, сына Юсуфа из Кудали, — бывшего наиба Кудали, на тот момент мухтасиба Андалала и будущего начальника караула Гуниба. В нём раскрываются подробности подготовки к обороне Гунибского плато и строительства укреплений.

Значительную часть населения Верхнего Гуниба составляли выходцы из селения Кудали. Одни жили там постоянно, другие приезжали на весну и лето, чтобы пасти скот на пастбищах Гуни-мэра. После разрушения Кудали в 1847 году Верхний Гуниб стал основным местом проживания большинства кудалинцев. Часть мухаджиров поселилась в местности Ходоб и на хуторе Укитль у подножия Гуниба, обозначенном на карте как «д. Кудали». Эти переселенцы участвовали в строительстве укреплений.

Автор письма, Мухаммад ал-Кудали, стал первым шахидом при штурме Гуниба. Вместе с ним погибли все шесть членов караула, охранявшего подступы со стороны Куяды, в том числе двое несовершеннолетних сыновей наиба из Кудали.

После пленения Шамиля большинство гунибцев хотели вернуться в родное селение, однако не получили разрешения царского командования, о чём упоминает сам имам Шамиль.

Письмо мухтасиба Андалала Мухаммада из Кудали, адресованное имаму Шамилю, о подготовке к обороне Гуниба.

«От хаджи Мухаммада — повелителю правоверных, имаму мусульман Шамилю, да укрепит его Всевышний Аллах и дарует ему победу!

Мир вам, милость Аллаха, Его благословение и благоволение!
А затем: когда мухаджиры завершили строительство своих домов, я передал им ваше распоряжение. Однако они разошлись во мнениях по этому поводу и отказались мне повиноваться. Они согласились выставлять для несения караула лишь пятерых человек и только на ночь, утверждая, что большего сделать не в состоянии. При этом они требуют выдавать им всю причитающуюся треть сразу, без отмеривания и отсрочки. Когда же я, следуя вашим словам, говорю: «Я буду выдавать каждому, кто несёт службу по охране крепости», — они с этим не соглашаются. Но разве можно охранять крепость столь малым числом людей?
Прошу ваших указаний о том, как мне поступить с караульными и остальными. Я не говорил им и впредь не скажу ничего, кроме того, что вы мне поручили.

Кроме того, мухаджиры из Кудали пожаловались мне, что большинство из них вернулись [обратно] после того, как построили дома и засеяли поля. Я ожидаю вашего распоряжения: вернуть ли их [в Гуниб] или оставить там, где они находятся [Ходоб]? Они мне послушны, и я ими доволен.
Мир вам!».

Автор исторического сочинения «Тарих Аргвани» о происхождении дагестанцев.

Вся Авария происходит от христиан. Согратлинцы, чохцы и кудалинцы также происходят от них, а салтинцы происходят от иудеев. Куядинцы и кегерцы - от инглизов (католики?). Что касается гидатлинцев, то они происходят от грузин. Все кадарцы - от муртазалитов (персы-зароастрийцы?), и все багулалы - от грузин. Что же касается андийцев, то они происходят от иудеев, а гумбетовцы - от грузин, за исключением аргванийцев: они же из Шама!

Скончался ученый Дамадан в месяце сафар 1137 года хиджры.
Скончался ученый Хазахилав в 1126 году хиджры.
Скончался ученый Салман в 1144 году хиджры.
Скончался ученый Ахмад аль-Йамани в 854 году хиджры.
О Аллах, даруй нам знание, подобное их знанию! Амин!

Шейх, выдающийся учёный Салих аль-Йамани, да помилует его Аллах, скончался 2 раби аль-авваль 1109 года хиджры, в возрасте 65 лет. Да простит Аллах его прегрешения!

Досточтимый учёный ал-Кудуки, да помилует его Всевышний Аллах, скончался в 1129 году хиджры, в среду, 11-го числа благословенного месяца рамадан, после обеда, в келье шейха Ихласа и Хидира. Заупокойную молитву по нему прочитал шафиитский муфтий и другие учёные Алеппо. И был он похоронен на кладбище Джубайла, внутри городской стены.

А отправился ал-Кудуки, вместе со своими детьми, в паломничество к дому Аллаха в 1128 году хиджры».

Правовое заключение кадия Муртазы из Кудали по вопросу о законности прав дагестанских феодалов на земельные владения.

«Имеют ли правители наших земель законное, с точки зрения шариата, право на находящиеся в их владении угодья: пастбища, горы и прочие доходные права и повинности, включая ежедневные службы, на том основании, что селения принадлежат им, а жители поселились в них за установленную плату?

Кроме того, в Капчугае, среди жилых домов, с разрешения правителей была построена мечеть после того, как прежняя мечеть вследствие некоего происшествия перестала действовать. Имеет ли эта новая мечеть статус вакфной мечети и распространяется ли это положение на селение без относящегося к нему харима?

Ответ:

Упомянутое имущество, которое долгое время находится во владении амиров и которым они распоряжаются как собственники, при том что их владение общеизвестно, следует считать их собственностью, пока не будет установлено, что оно приобретено незаконным путём или захвачено силой. Нам же ничего подобного не известно.

Это соответствует положению, приведённому в «Минхадже»: «Нельзя свидетельствовать о праве собственности на основании одного лишь факта владения, равно как владения и распоряжения в течение непродолжительного времени. Однако при длительном владении такое свидетельство, согласно более достоверному мнению, допустимо, если лицо распоряжается имуществом как собственник». Вдумайся в это.

То же следует из комментариев к «Минхаджу» и из написанного учёным Мухаммадом Тахиром ал-Карахи, а также шейхом Саидом ал-Макки, ал-Башбиши, ал-Хафнави, ал-Кудуки, ал-Усиши, ал-Уради, да освятит Всевышний Аллах их души.

Из их положений следует, что пастбища Дагестана, будь то горные или равнинные, несомненно являются собственностью тех, в чьём владении они находятся, будь то общины или отдельные лица, даже если на них не сохранилось признаков первоначального освоения земли.

Всё, что утверждается вопреки сказанному, расходится с положениями, изложенными в книгах по фикху. Подобные доводы основаны лишь на слабых предположениях, которым противостоят более веские основания, а потому доказательства тех, кто на них опирается, несостоятельны.

Что касается утверждения, будто правители завладели недвижимостью посредством лишения женщин наследства, то оно опровергается тем, что две представительницы владетельного рода, Джахба-бике (?) и Бакуш-бике, получили недвижимость в наследство из имущества шамхала. Кроме того, сыновья амира Кехосро, приходившиеся им племянниками, выплатили им деньги взамен причитавшейся им доли в недвижимом имуществе их отца.

Если же дело обстоит не так, как мы сказали, то какая разница между недвижимостью, находящейся во владении амиров, и недвижимостью, находящейся во владении свободных людей? Почему имущество последних должно признаваться их собственностью, тогда как такое же право амиров отрицается?

Кроме того, у отдельных жителей Дагестана имеются многочисленные исторические сочинения, свидетельствующие о том, что эти амиры по происхождению восходят к арабам-мусульманам. Что же касается противоречащих им исторических сообщений, то, даже если признать их существование и действительное противоречие этим свидетельствам, нет оснований отдавать им предпочтение.

Ведь глава историков, выдающийся учёный Абд ар-Рахман ибн Халдун ал-Магриби, подробно писал о многочисленных ошибках, в которые впадали историки, толкователи Корана и передатчики сообщений при изложении рассказов и событий вследствие того, что полагались лишь на сам факт передачи.

В частности, он прямо указывал на недостоверность передаваемого рассказа о причине гнева Харуна ар-Рашида на Бармакидов — истории об ал-Аббасе, сестре ар-Рашида, и Джафаре [ал-Бармаки]. Уже одного этого достаточно как свидетельства того, что подобные недостоверные рассказы проникали в исторические сочинения...».

О разрушении Кумуха тюрками, в сочинении Тарих Дагистан.

«Затем Каутар-шах вместе с тюрками подошёл к Кумуху с восточной стороны, а султан выступил с войсками области Авар и султанами Хайдака с западной стороны. Они достигли Гумика в понедельник, в начале месяца рамадан, во времена Наджм ад-Дина.

В крепости, находившейся над мечетью Кудали [الكدلى]*, приняли мученическую смерть семьдесят юношей. Они пожертвовали своим имуществом, душами и телами и поклялись сражаться на пути Всевышнего Аллаха. И это произошло с юношами, находившимися в крепости, в месяце сафар, а в субботу Гумик подвергся разорению. После этого его эмиры, происходившие из потомков Хамзы и потомков Аббаса, рассеялись по различным землям».

* В некоторых списках сочинения «Тарих Дагестан», например, в кайтагском списке из ИВР РАН, в хунзахском списке и списке Мухаммада из Хури, написано «крепость Кекели».

Из коллекции Ширинбека из Ахты.

Биография алима Закарии, сына Хаджимухаммада из Кудали (ум. ок. 1908 г.).
Закария из Кудали последний дагестанский алим, который имел свои трактаты и субкомментарии к известным сочинениям по логике.

«Выдающийся учёный Закария ал-Кудали, получивший свою нисбу от селения Кудали, расположенного в области Андалал, у северного подножия горы Турчи.

Он принадлежал к числу наиболее одарённых людей своего времени и был известен необычайной остротой ума и тонкостью суждений. Он знал арабский язык, мусульманское право (фикх) и его основы (усуль аль-фикх), догматическое богословие и логику.

Больше всего он занимался логикой, а в частности, трактатом «Джихат ал-вахда», более известным под названием «Мулла Углы».

Именно он выступил в защиту их (кудалинского) известного учёного, кадия Умара ал-Кудали, и вступил в полемику с Халилом из Тляроша, который подверг критике его субкомментарий по логике «Фатх ал-галиб». Закария ответил Халилу Карахскому на его возражения.

Я слышал, как наш шейх, выдающийся учёный Шейх-Али ас-Сугури, ознакомившись с некоторыми из сочинений, написанных ими по поводу упомянутого трактата, признавал правильным написанное Закарией и отдавал его доводам предпочтение перед доводами Халила.

Мне не удалось установить, у кого Закария получал знания. По всей видимости, большая часть его научных познаний была плодом собственного размышления и результатом самостоятельных занятий. От других же он получил лишь отдельные науки и их начальные основы.

Один из его учеников, шейх Муса, сын Катибхаджи из Кудали, сообщил мне, что Закария использовал астрономический инструмент синус-квадрант и что он сам обучался у него. Он же обучился ему у шейха Мухаммада ал-Хухали (из Кумуха)».

Али ал-Гумуки. Тараджим уляма Дагистан. С. 50.

Родословная цудахарских кадиев.

«Ника-кади, сын Мухаммада-кади, сын Алибека (жил во время Ермолова), сын Мухаммада, сын Джамдука.

И передается, что они (цудахарские кадии) являются выходцами из аварского селения Буцра».

Али ал-Гумуки.

Дауд из Усиша наиболее точно объясняет, почему в Дагестане было невозможно обойтись без института ишкиля. По его мнению, главной причиной было отсутствие единого государства с одним правителем-имамом. В условиях дагестанской полиэтничности практически не существовало иного приемлемого способа восстановить свои имущественные права, кроме как «взять ишкиль». Именно поэтому этот уникальный межюрисдикционный «юридический» инструмент так быстро исчез из социально-правового поля Дагестана в период Имамата, а позднее и в царский период.

Правовое заключение Дауда из Усиша, о допустимости ишкиля в Дагестане.

«Знай, что правовой статус имущества, изымаемого в Дагестане в порядке установленного ишкиля не относится к положениям о незаконном присвоении, а относится к положениям, подобным договору найма (аренды). Ибо всё, без чего невозможно исполнить обязательное, само становится обязательным. А судебные притязания (иски) не могут быть осуществлены иначе как посредством ишкиля, по причине отсутствия судьи (хакима) в области Дагестана и потому, что они находятся вне власти (букв. "силы, могущества") Верховного имама. Поэтому ишкиль является обязательным для завершения [удовлетворения] рассматриваемых исков, не говоря уже о том, что он дозволен. Следовательно, за время нахождения имущества у взыскателя не возникает обязанности платить вознаграждение за пользование имуществом, кроме случая преступления границ дозволенного посредством неправомерного пользования, когда взявший имущество использует изъятое. Например, если он ездит верхом на лошади или использует быка в своих работах. В таком случае он обязан уплатить обычную плату за пользование подобным имуществом, а также обязан возместить ущерб, если имущество погибнет, даже если это произойдет по иной причине после совершенного им нарушения, вплоть до момента его возврата».

Мир вам, милость Аллаха и Его благословение.
От Хасбулата-шамхала, правителя Дагестана, всей общине Унцукуля, а в особенности их учёным, праведникам, хаджиям и молодежи. Да наставит их Аллах на то, что Он любит и чем доволен. Аминь. А затем.

Знайте, что я твёрдо решил держаться за вас и не допускать разрыва между мною и вами, пока я жив. Поэтому я послал к вашей общине моего брата Салат-гирея. Если вы довольны моим правлением и согласны быть моими подданными, повиноваться мне и оставить прочих правителей, не оказывая им никакой поддержки, то поступайте так. Если же они причинят вам зло, будь то правитель Эрпели или кто-либо иной, в противном случае увидите то, что Аллах предопределил.
Остальное же поручено передать вам устно.

Происхождение названия села Кудали

Наиболее вероятно, что название Кудали (кудел, куделдерил) связано с древним словом кодехал (кудехал) – обозначавшим корзину, вместилище или ёмкость. С течением времени слова с таким значением могли использоваться и для описания формы местности, прежде всего углубления, впадины или котловины.

На древность этого слова указывает то, что похожие названия корзины, мешка или другой ёмкости сохранились во многих языках Дагестана и Кавказа. Первоначальное значение названия Кудали, можно приблизительно перевести как «в котловине», «в углублении» или «место, находящееся в котловине». Такое объяснение хорошо соответствует расположению села.

Эту версию подтверждают и предания, сохранившиеся у жителей соседнего Согратля. По словам согратлинского историка-краеведа Мухаммада Ахдуханова, в старину согратлинцы и жители других соседних селений, приближаясь к Кудали со стороны Турчидага, откуда открывался вид на расположенное в котловине село, сравнивали его с большой посудиной, в которую собирали кукурузу.

Отличный прецедент и хороший пример для всех ценителей письменного наследия предков. Поступок Абдуллы из Сантлада заслуживает самого искреннего восхищения.