Кроме того, словно в подтверждение своей военной гениальности герой Ислама не оставил никаких блокирующих контингентов - в отличии от Хослера и пр., я сомневаюсь в способности султана взять город без обоза, осадных орудий и в условиях нарастающего голода, как и в возможности долгой блокады - войска франков узнав о таком афронте неизбежно вернулись бы. Тем не менее, это было проявление феерической некомпетентности - уведя войска "в разгон" на север, Саладин оставил в тылу злого, решительного, а главное - организованного врага. Вскоре, к королю присоединился контингент тамплиеров Газы.

Началась война Маневров.

На совете в Аскалоне высшее командование франков приняло самое важное решение той войны: решительно противостоять врагу в открытом поле. Это не было жестом безумного отчаяния, как представляют многочисленные статейки на просторах сети - у короля франков был план, завязанный на лучшее знание местности. Король умело провел войско вдоль морского побережья на север, вдали от глаз войсковой разведки сарацин. Вскоре небольшое воинство крестоносцев свернуло на восток и после ночевки в Ибелине предстали перед войском мусульман в окрестностях Рамлы. Однако, вместо прямого столкновения, Бодуэн резко уводит своё войско на юго-восток по направлению к Иерусалиму, вынудив Саладина этим обманным манёвром попытаться его заблокировать. Благодаря грамотному управлению и эффективным перемещениям франки поставили мусульман в невыгодное положение у холма Монжизар, где хозяева местности братья Ибелины подвели захватчика под сокрушительный удар рыцарской конницы.

Иными словами, враг был уже обречён, когда Рено де Шатильон и Прокаженный Король вели свои баталии на знамя султана - Саладин потерял все полимеры и численность в болотистой местности (за спиной султана) не играла никакой роли. Тамплиеры обрушились на гвардию мамлюков, уничтожили телохранителей султана и ворвались в его палатку. Защитник Веры был вынужден бежать на верблюде, сбросив свою кольчугу. Поражение было тотальным. Как писал Михаил Сириец:

"Франки напали на них, убивая их весь день напролёт и грабя их верблюдов и имущество, и турки рассеялись."

Это была стратегическая победа. Бодуэн IV победил не только на поле боя, но и в идеологической войне. В ознаменование победы он приказал заложить монастырь Святой Екатерины Александрийской - в день памяти которой и была одержана эта чудесная виктория. В довершение унижения, перед осажденными Харима на севере Сирии, крестоносцы развернули шатер султана, потерянный им у Монжисара.

Впоследствии, Салах-ад-дин так и не смог победить короля франков...