Плуг, Меч и Книга...

Офисный стул убил воинский этос Аграрной эпохи и нам остается довольствоваться продуктами мультипликации в виде "Короля Льва" или блокбастерами вселенной Marvel. Если в Вас еще живет дух авантюризма и тяга к сражениям, канал https://t.me/nomade_kz станет отличным проводником в мир Великой Степи - кузницы лучших воинов Древности и Средневековья. Здесь Вы узнаете о впечатляющей эпопее злейшего врага Железного Хромца - Кара-Юсуфа, взлёте и падении Аварского каганата, о боевых подвигах сынов Ашина и злоключениях кыпчакского народа - словом всё, что так вожделеет пламенное сердце: эпическое дыхание Прошлого. Читай, вдохновляйся и седлай своего коня! И помни:

Чистоту, простоту мы у древних берем
Саги, сказки из прошлого тащим
Потому что добро остается добром
В прошлом, будущем и настоящем...

Примечания:

1.Во время отступления растянувшегося на 2 недели, остатки войск Айюбидов подверглись нападению бедуинов восточного Синая. В Эль-Арише султан планировал получить припасы, однако бедуины вырезали небольшой гарнизон и захватили обоз Саладина. А ведь эти припасы могли спасти многие жизни.

2. Лошади сарацин не выдерживали темпа кампании и к моменту сражения они были потрепаны - уже после разгрома, Тирский отмечал их откровенно плачевное состояние. Несомненно, это сказалось и ранее на скорости маневрирования сарацин на поле боя и в рукопашной.

3. Видимо, провал логистики в кампании 1177 г., обусловил перенос ставки султана из Египта в Сирию (Дамаск) - поближе к основному театру военных дей-ий (Восточная Галилея).

Кроме того, словно в подтверждение своей военной гениальности герой Ислама не оставил никаких блокирующих контингентов - в отличии от Хослера и пр., я сомневаюсь в способности султана взять город без обоза, осадных орудий и в условиях нарастающего голода, как и в возможности долгой блокады - войска франков узнав о таком афронте неизбежно вернулись бы. Тем не менее, это было проявление феерической некомпетентности - уведя войска "в разгон" на север, Саладин оставил в тылу злого, решительного, а главное - организованного врага. Вскоре, к королю присоединился контингент тамплиеров Газы.

Началась война Маневров.

На совете в Аскалоне высшее командование франков приняло самое важное решение той войны: решительно противостоять врагу в открытом поле. Это не было жестом безумного отчаяния, как представляют многочисленные статейки на просторах сети - у короля франков был план, завязанный на лучшее знание местности. Король умело провел войско вдоль морского побережья на север, вдали от глаз войсковой разведки сарацин. Вскоре небольшое воинство крестоносцев свернуло на восток и после ночевки в Ибелине предстали перед войском мусульман в окрестностях Рамлы. Однако, вместо прямого столкновения, Бодуэн резко уводит своё войско на юго-восток по направлению к Иерусалиму, вынудив Саладина этим обманным манёвром попытаться его заблокировать. Благодаря грамотному управлению и эффективным перемещениям франки поставили мусульман в невыгодное положение у холма Монжизар, где хозяева местности братья Ибелины подвели захватчика под сокрушительный удар рыцарской конницы.

Иными словами, враг был уже обречён, когда Рено де Шатильон и Прокаженный Король вели свои баталии на знамя султана - Саладин потерял все полимеры и численность в болотистой местности (за спиной султана) не играла никакой роли. Тамплиеры обрушились на гвардию мамлюков, уничтожили телохранителей султана и ворвались в его палатку. Защитник Веры был вынужден бежать на верблюде, сбросив свою кольчугу. Поражение было тотальным. Как писал Михаил Сириец:

"Франки напали на них, убивая их весь день напролёт и грабя их верблюдов и имущество, и турки рассеялись."

Это была стратегическая победа. Бодуэн IV победил не только на поле боя, но и в идеологической войне. В ознаменование победы он приказал заложить монастырь Святой Екатерины Александрийской - в день памяти которой и была одержана эта чудесная виктория. В довершение унижения, перед осажденными Харима на севере Сирии, крестоносцы развернули шатер султана, потерянный им у Монжисара.

Впоследствии, Салах-ад-дин так и не смог победить короля франков...

1. Монжизар:
Коммуникации - Инициатива - Манёвр

Каждую осень в Утремере начинался зимний сезон и ноябрь 1177 г., не был исключением. Это была не лучшая пора для ведения бевых дей-ий, тем не менее более благоприятного момента для нападения нельзя было желать: сезон паломников был окончен (с апреля по октябрь) и подкреплений для франков не предвидилось; Филипп Фландрский с контингентом из Европы отправился под стены Хамы, а вместе с ним и большая часть воинов Орденов, граф Триполи и сам магистр госпитальеров - крестоносцы увели на север около 100 рыцарей и 2000 пехоты. Королевство было почти беззащитным, когда 18 ноября полчища Саладина перешли юго-западные рубежи франков: согласно Эрнулю, во всем королевстве оставалось не более 600 рыцарей. Войска Саладина по разным оценкам составляли от 15 (без обоза) до 33 тысяч (Михаил Сириец). Как бы там ни было, мусульмане кратно превосходили христиан в живой силе и над латинским Иерусалимом нависла ненулевая угроза уничтожения. Именно в этот момент, великий герой Ислама начинает совершать первые ошибки, которые стоили султану величайшей победы...

Вскоре после начала своего зловещего марша, Защитник Веры делает одно из роковых решений всей кампании: он оставляет тяжелый обоз с припасами в Эль-Арише с откровенно слабым охранением. Султан стремился поддерживать высокий темп наступления и на тактическом уровне его решение выглядит логичным - отличительной чертой воинского искусства Салах-ад-Дина являлась стратегия "раззия" - внезапные налеты на поселения с целью подорвать экономическую базу противника. Кроме того подобные рейды подрывали веру в способность вражеского лидера обеспечить защиту. И на данном этапе курд успешно дискредитировал власть юного короля франков - однако, одновременно с этим, растягивались его коммуникации. Тем временем в Иерусалиме началась паника, однако она не парализовала власть: несмотря на тяжелобольного коннетабля (Онфруа II де Торон) в королевстве были люди способные нести ответственность в столь тяжелое время: сам Прокаженный Король проявил себя, как энергичный лидер - он немедленно собрал имевшиеся силы в городе и отправился в ближайшую крупную крепость на пути противника - Аскалон. Главнокомандующим был назначен опытный и изощренный Рено де Шатильон. Заняв город, юноша издает арьер-бан: мобилизация всех способных нести оружие в королевстве. Однако, к тому моменту войска джихадистов* как спрут опутали весь юг страны, за исключением крепости Газа - это была 2 роковая ошибка султана, которую не называет Хослер. Дело в том, что Газу охранял немногочисленный контингент в 84 тамплиера во главе с магистром Одо де Сент-Аманом - самые подготовленные воины королевства. Именно они составят элитный ударный кулак в войске Бодуэна IV. Тем не менее, им еще предстояло соединиться: король уже попытался сразиться с противником - однако, выйдя за стены Бодуэн понял бесперспективность столкновения в виду численности врага. Построившись под стенами Аскалона франки провели ряд стычек, чтобы сохранить лицо рыцарства - день приобрел ритуальный характер. Вероятно здесь, у стен города произошел переломный момент кампании - секретарь султана Имад-ад-Дин Исфахани свидетельствует, что под Аскалоном мусульмане разразились радостными демонстрациями, осознав, что король франков бессилен их остановить.

"Когда они увидели, что франки не выставили армию и не собрали никаких сил для защиты земель от мусульман, они стали чрезмерно рьяными и расслабленными, передвигаясь по стране уверенно и спокойно."


- писал Ибн аль-Асир. Как тонко заметил Гильом Тирский "...не давая себе или своим лошадям отдохнуть, они рассредоточились по всей области..." - единомоментно войско Салах-аль-Дина потеряло 3 своих самых ценных актива:

- Инициативу;
- Численность;
- Единоначалие.

Теперь, когда враги разбились на отдельные банды, заполонившие весь юг и центр Иерусалимского королевства, ход оставался за королём франков. Саладин более не диктовал темп событий.

А был ли Гений?

Сам Салах-ад-Дин по меркам европейского и ближневосточного Средневековья военный гигант. Редкий военачальник участвовал в 3 крупных сражениях за карьеру. Великий курд участвовал в битвах:

- при Монжизаре 25.11.1177
- при Курун-Хаме 13.04.1175
- при Мардж-Айюне 10.06.1179
- Форбеле/Бельвуар 15.07.1182
- при Аль Фуле ?..09.1183
- при Хаттине 03.07.1187
- под стенами Акры 04.10.1189
- при Арсуфе 07.09.1191
- под Яффой 04.08.1192

- и т.д., всего около 20 сражений. В то же время ни 1 из его победителей не дал даже половины от этого числа.

- Плуг, Меч и Книга

Самоцитирование это некрасиво, но именно это я написал более года назад - в свете того поста были особенно справедливы сетования подписчика на мою скептическую оценку военных способностей "Защитника Веры". Тем не менее в моих суждениях нет противоречий (что будет показано далее) и они целиком и полностью основаны на позиции академического сообщества.

При жизни султана его сравнивали с Умаром ибн аль Хаттабом, а историки-публицисты, работающие скорее в жанре исторической прозы нежели академической науки, называли малика Египта не иначе как Военным Гением. Однако, подобные смелые заявления никогда не базировались на детальном рассмотрении военных предприятий великого курда. Первое, что следует отметить, это тот факт, что все позитивные оценки Саладина как полководца базируются сугубо на летне-осенней кампании 1187 г., когда султан одержал выдающуюся полевую победу при Хаттине, которая привела к венцу его карьеры: взятию Иерусалима. Вне всяких сомнений, Салах-ад-Дин был крепким воякой, с богатейшим опытом, иначе говоря "ремесленником от мира войны", что и подтверждает впечатляющий список в "20 побед". Но кол-во побед не определяет величие полководца и уж тем более ничего не сообщает о его Гениальности.

На протяжении всего противостояния Саладина франкам Святой земли, проявлялись 2 характерные закономерности: каждый раз когда у христиан появлялся Сильный военный лидер - султан уступал; каждый раз когда латиняне перехватывали Инициативу - султан оглушительно и с треском проигрывал даже там, где изначально все карты были на его руках. Потому и мы, в своём дальнейшем анализе, вслед за Дж.Хослером подробно остановимся на 3 кейсах, случившихся в ходе борьбы султана против крестоносцев:

• Битва при Монжизаре (1177):
самоуверенность и неспособность султана обеспечить безопасность линий связи позволили меньшим по численности силам крестоносцев под командованием короля Бодуэна IV перехватить инициативу и нанести сокрушительное поражение.

• Осада Акры (1189–1191): логистический и оперативный паралич, неспособность выбить противника при кратном численном превосходстве, потеря стратегической инициативы, что в итоге привело к падению города под ударами Ричарда Львиного Сердца.

• Битва при Арсуфе (1191):
непрерывные атаки Салах-ад-Дина не смогли разрушить походный порядок крестоносцев на марше, а решение вступить в генеральное сражение привело к решающему тактическому поражению и чувствительным потерям.

Не пропусти друг и узнай, что позволило великому Стиву Тибблу назвать раннего Саладина "некомпетентным генералом". Полагаю, материал должен выйти, хотя бы в силу того, что подписчиками этого канала являются потрясающий военный историк Алексей Козленко, маститый военный журналист и исследователь Евгений Норин, а также невероятно талантливая София Широгорова.
Этот опус я посвящаю другу Atomic Cherry.

Как и анонсировалось, постепенно начнем разговор о Саладине как полководце - слишком много мифов нагромоздилось вокруг этой выдающейся личности...👇👇👇

24 мая 1085 года король Кастилии Альфонсо VI вступает в Толедо - древнюю столицу Вестготского королевства. С этого времени Толедо и его окрестности вышли из-под власти мусульман и стали частью Кастильского королевства

Хомячок-Историк I Hamster-Historian

#Мысли вслух

В разгромной для византийцев битве при Мириокефале (1176) одним из отрядов союзных франков командовал Бодуэн Антиохийский - предположительно сын легендарного Рено де Шатильона и княгини Констанции. Отважный рыцарь возглавил дерзкую атаку франкской конницы на ряды турок и погиб героически сражаясь в окружении.

Если Б.Гамильтон прав, и Бодуэн Антиохийский дей-но был сыном самого фанатичного крестоносца, то тесная связь "Волка Керака" и Прокаженного Короля в вопросах стратегии играет совершенно другими красками и раскрывается с совершенно неожиданной стороны!

После 15-летнего плена, выкупленный Рено в сентябре 1176 г., обнаруживает себя не только нищим вдовцом, но и лишившимся единственного сына. Теперь, как справедливо заметил Дж.Ли, он более никогда не узнает каким вырос его героический сын, которым он безусловно мог гордиться. Видимо, военно-политический дуэт с юным королём Иерусалима компенсировал утрату:
Бодуэн IV был не только юн, как его сын - он был невероятно храбр, кроме того являясь его тёзкой. Возможно, лорд Трансиордании видел в нём сына, по крайней мере, таким каким он себе его представлял.

Мы уже никогда не узнаем эмоций и чувств этой дерзновенной личности, но эти маленькие детали дают пищу для воображения.

Ну и кто оставил эти дебильные реакции?

Чувак, сдристни отсюда. Аж табло захотелось сломать...

Блас Руис... Я как раз начал перечитывать недочитанный сборник El creador en su labirinto по случаю почти завершения нашей работы над текстом. Теперь не дочитаю, наверное. Я в гневе на самом деле. Я не пацифист, отнюдь, и пишу о Средневековых войнах, но не переношу убийц безоружных и беззащитных. Прочитайте статью. Посмотрите на памятник. Поэтому мы книгу не издаем. Евгений Норин, наверное, уже объявил у себя. Я объявляю у себя. Что ещё я могу сказать. Я считал альтер-эго "Блас Руис" своим умным, но истеричным и склочным другом и коллегой, с которым мы поругались. Ну бывает. У этого человека действительно были крепкие мозги, и он был хорошим популяризатором истории. К литературе его я относился неоднозначно. Я перестал его читать после прочтения рассказа "Безнаказанность" в этом сборнике, который похоже ( как теперь) ясно был списан практически с реальности. Ну я плохо разбираюсь в людях :) Я больше по текстам. Всем поклонникам "Бласа Руиса", который Андрей Миллер, а не конкистадор, теперь с жить с этим знанием.

Понятно почему он не ходил лечиться - легкие сгорели - а сообщал всем что это последствия бурной молодости...

Да уж, одна новость охренительней другой...

Наш последний 'диалог' ...

Что ж, Blas, жизнь итак вас наказала, я оттаптываться не буду на вашей памяти. Жизнь итак предаст вас забвению.

Но историк он был сильный - личный опыт подсказал при рассмотрении вопросов насилия. Ох много мы обсуждали: от техники рук в боксе и каратэ - до фехтования...

Рад что это все осталось на старом аккаунте - он заблочен - пусть исчезнет навсегда.

Самый разыскиваемый убийца России стал известным писателем и умер, скрываясь от всех

В Екатеринбурге 15 лет начала орудовать банда убийц-беспредельщиков. Посреди ночи 16 человек ловили прохожих, забирали все деньги и банковские карты, а потом убивали. Главарем банды оказался юрист Василий ФедорОвич сын зампрокурора. Еще одним подельников оказался сын топ-менеджера известной госкомпании Семен Ермолинский. Его искал весь уголовный розыск. За информацию о его местонахождении сыщики обещали 1 млн рублей, но Ермолинский… сбежал. Оказалось, что он много лет скрывался в Белоруссии под именем Андрея Миллера. Туда он уехал в 2012 году - как раз, когда начались аресты участников банды. Там он стал известным писателем в жанре фэнтези. Подписчики восторгались жесткими рассказами, пока не выяснилось: это не вымысел, а готовые уголовные дела.

Его мать Валентина Ермолинская впервые рассказала журналистам, что ее сын умер от последствий коронавируса в чужой квартире, так и не дождавшись помощи:

"Семен стал довольно известным писателем. Творил под псевдонимом Андрей Миллер. Даже стримы проводил. Но всегда скрывал свое лицо. Сын жил один. Никто не вызвал ему скорую. Причиной смерти стали последствия ковида. Легкие у него сгорели", — поделилась женщина.

Ермолинская подтвердила, что российская полиция опознала беглеца только благодаря его собственной беспечности. Когда милиционеры обыскивали квартиру в Минске, они нашли не только поддельные документы на фамилию Миллера, но и настоящий паспорт Ермолинского, который лежал в шкафу. Родственница убийцы призналась, что все эти годы не общалась с сыном, чтобы не выдать его полиции.

✏ Подписаться на @truekpru | Читать нас в MAКС

Гегель: "если факты не соответствуют теории тем хуже для фактов". Сегодня это рабочий принцип, на котором стоят чуть менее чем все управленческие системы.

В очередной раз получил втык за прогноз, который сбылся.
— Я ведь предупреждал, что так и будет. И объяснял почему.
— Надо было не умничать, а стараться лучше, чтобы KPI достичь.
Абсолютная норма целого слоя.

Старая школа от прусского Генштаба до американских корпораций середины XX века исходила из того, что реальность первична, а задача управления в том, чтобы привести план в соответствие с ней. Управленец, игнорирующий данные, противоречащие плану, считался плохим менеджером.

Современная логика инвертировала иерархию. Реальность теперь переменная, которую должен подстроить под себя план. Данные не соответствуют KPI? Проблема в данных или способе измерения. Избиратели голосуют не так? Рейтинги не на высоте? Проблема не в политике, а в дезинформации, в искажениях, которые надо "исправить".

Усиливающих контуров несколько.

Метрический. KPI задумывались как способ привязать решения к фактам, но превратились в противоположность. Закон Гудхарта: когда метрика становится целью, она перестаёт быть мерой. А дальше - метрика становится определением реальности.

Нарративный. В эпоху непрерывной коммуникации управление становится управлением восприятием. Лидер, признавший ошибку, теряет рейтинг быстрее, чем лидер, удваивающий ставку на провальную стратегию. Рациональная стратегия: не признавать столкновения с реальностью, но переформулировать его как успех или происки врагов. В коротком цикле работает. В длинном - накапливает катастрофические долги.

Идеологический. Любая большая система оперирует в условиях, когда учредительный нарратив должен быть морально безупречен. ЕС не может признать провал миграционной политики - это атакует идею Европы. США не могли признать афганского поражения, это атакует идею американской исключительности. Признание реальности становится не технической корректировкой, а символическим самоуничтожением.

Психологический. Современная управленческая элита это 3-4 поколение людей, никогда не сталкивавшихся с физическим провалом своих решений. Они принимают решения, последствия которых разворачиваются далеко в пространстве и далеко во времени, через 5-20 лет. Личная связь между решением и его эффектом разорвана.

В этих условиях вырабатывается особый тип сознания. Не столько циничный, сколько солипсический. Реальность - то, что описывают мои документы и подтверждают мои подчинённые. Всё остальное - шум, помехи, чужие нарративы, "вбросы" и "посевы".

В современной управленческой жизни обратная связь либо сильно отсрочена, либо опосредована теми же нарративными контурами, через которые принимались решения.

Отсюда характерное удивление, с которым встречают прорывающуюся реальность. "Никто не мог предвидеть" не лицемерие, а искренний возглас.

Добавляется новый слой вот прямо сейчас. ИИ-системы работают с тем, что описано в текстах, и склонны генерировать гладкое продолжение нарратива, а не описывать правду. Они идеально производят ровно тот тип знания, который современным управленческим системам нужен: связное, легитимирующее, без неудобных разрывов. Когда такие системы массово встроятся в управленческие контуры слепые зоны сильно расширятся.

Признаков, что современные системы способны учиться, нет. Каждый обвал переживается как уникальное событие, "чёрный лебедь". Что это структурно одно и то же явление, повторяющееся в разных декорациях, вывод не делается. Сделать его, значит признать, что проблема в самой архитектуре управленческого сознания. Эту территорию институциональное мышление не может занять, оставаясь институциональным.

Наступила эпоха, в которой большие системы одновременно вошли в режим "тем хуже для реальности", и реальность одновременно начала предъявлять счета. Войны повсеместно, миграционный коллапс в Европе, демографическая катастрофа в Восточной Азии, кризис увеличивающегося неравенства, коллапс среднего класса, технологический разрыв разные грани одного процесса: накопленный долг систем, отказавшихся видеть.