Post #529
46

соня
соня маленькая
и сонная.
у неё в глазах
много соли,
поэтому видит она
давно уже плохо.
её глаза – окна,
которые не мутнеют,
только когда она спит.
соне почти всегда
снятся страшные сны.
они сотканы
из удушливо плотной
ткани портьер
и запаха ржавчины.
в них она постоянно
бежит и прячется
в засыпанный рыжими листьями
металлический лес.
на краю двора
полыхают красным кусты.
в кривой и шумящей листве
соне видятся руки,
ноги и головы,
насаженные на ветки.
соня хочет больше не видеть.
каждый раз перед сном
до боли и пляшущих огоньков
она давит глаза,
но сны становятся
только страшнее.
соня говорит с богом.
«боженька, – просит, –
пожалей свою доченьку,
положи в сумочку с солью,
чтобы глазки выжгло совсем».
бог не слышит
или делает вид, что не слышит
странную просьбу.
каждую ночь соня видит,
как мишура из кусочков тел
ей в кустах подмигивает.
в конце концов,
она с этими снами
сладила и сроднилась.
поэтому,
когда на краю двора
рубят кусты,
соня плачет,
на следующий день
наконец слепнет от слёз,
и больше ей сны
вовсе не снятся.
соня маленькая
и сонная.
у неё в глазах
много соли,
поэтому видит она
давно уже плохо.
её глаза – окна,
которые не мутнеют,
только когда она спит.
соне почти всегда
снятся страшные сны.
они сотканы
из удушливо плотной
ткани портьер
и запаха ржавчины.
в них она постоянно
бежит и прячется
в засыпанный рыжими листьями
металлический лес.
на краю двора
полыхают красным кусты.
в кривой и шумящей листве
соне видятся руки,
ноги и головы,
насаженные на ветки.
соня хочет больше не видеть.
каждый раз перед сном
до боли и пляшущих огоньков
она давит глаза,
но сны становятся
только страшнее.
соня говорит с богом.
«боженька, – просит, –
пожалей свою доченьку,
положи в сумочку с солью,
чтобы глазки выжгло совсем».
бог не слышит
или делает вид, что не слышит
странную просьбу.
каждую ночь соня видит,
как мишура из кусочков тел
ей в кустах подмигивает.
в конце концов,
она с этими снами
сладила и сроднилась.
поэтому,
когда на краю двора
рубят кусты,
соня плачет,
на следующий день
наконец слепнет от слёз,
и больше ей сны
вовсе не снятся.



















