Сюжет для мистического ужастика.

Пожилой, но еще вполне бодрый священник, набожный и уверенный в себе экзорцист-доминиканец (пусть это будет Энтони Хопкинс, ну мам), во время обряда с очередной 12-летней девочкой (лучше из семьи нелегальных мигрантов общины сирийских христиан-маронитов) внезапно начинает подозревать, что ситуация, на самом деле, 100% зеркальная, и это его, священника, кто-то активно пытается "изгнать" из ребёнка с другой стороны.

Между сеансами он проводит ночи в секретной библиотеке Ватикана, беседует со знаковыми ватиканскими старичками ("я хорошо относился к твоему отцу, мой мальчик, и вот что я тебе скажу: не лезь в это дело"), после чего узнаёт, что, на самом деле, "бесы" - это и есть люди, а наш земной мир и есть тот самый библейский "ад". Работа "людей" - выбивать страдание из попавших сюда за грехи ангелов ("падших"), а также заниматься всеми прочими, подробно расписанными в священных чек-листах искушениями и непотребствами.

Спасения для бесов не предусмотрено. Библейские события происходили, но они перепутаны по локациям: самое важное было где-то на совсем другом уровне реальности, а знаменитое "схождение Христа во адъ" - это, собственно, единственное, что реально произошло здесь и, кстати, послужило, впоследствии, важнейшим толчком ко всей местной метафизике, схоластике и интеллектуальному брожению образованных слоёв адской интеллигенции, которые так были поражены Сошествием и выводом библейских пророков, так были очарованы модным в те годы гуманизмом, что реально поверили (и заставили поверить остальных), что древние библейские "люди" - это они и есть.

В ужасе от того, что ему открылось, священник пытается покончить жизнь самоубийством, но в результате сложного галлюциногенного графона в стиле Гаспара #Ноэ вновь оказывается на том самом сеансе экзорцизма, но уже видит его "как на самом деле": сам он сидит в теле маленькой девочки, изрыгая жуткие проклятья и богохульства (раньше он считал их молитвами и особо стилистически рафинированными фрагментами из жития святых), - оказывается, он просто передразнивает те настоящие молитвы, которые читает ему кто-то извне.

В финале можно дать двух папских нунциев, которые обсуждают сложившуюся ситуацию, и приходят к выводу, что старик уже явно не тянет какодемономанию (одержимости) и не пора ли его лет на шестьсот перевести в суккубы (с небольшим понижением статуса, но зато с полным сохранением денежного содержания).