2. «Сало, или 120 дней Содома» (Salò o le 120 giornate di Sodoma, 1975) Пьера Паоло Пазолини.

Фильм невыносим намеренно; его почти невозможно досмотреть, и это входит в замысел. От антифашистского фильма ждали удара по конкретному режиму — Пазолини же снял изнанку власти как таковой: про то, что всегда и везде превращает человека в биомассу, расходник; элита — любая — держится ровно на этом.

И это оказалось непростительно: обличать фашизм безопасно, обличать саму механику — нет. За это Пазолини и получил смерть. Я не про то, кто и почему убил его за несколько недель до премьеры. По сути: кто снимает изнанку без выхода, без чистилища, без спасённых, тот и сам остаётся внутри снятого. «Сало» — ад без надежды. Нисхождение, из которого автор не вывел ни зрителей, ни героев, ни самого себя.

Но вот что он сделал, кажется, без намерения, так получилось. «Сало» — фильм о хтоническом мужском, о власти как произволе; но из глубины в нём отчётливо проступает женская оптика. Так мир ощущается где-то на самом дне женщины: как тотальное, непрекращающееся насилие над своей природой, которому не видно конца. Пазолини целил в аристократию, а снял то, что женщина знает про мир и без всякого кино. Увы.