Я часто использую мифологические примеры в своих текстах, но, по сути, обращение к образам Вавилона или древней Эллады - это попытка определить цвет и форму сандалии по пыли в углах пустой обувной коробки. Нет, конечно, связь между тем, как обувь выглядела и тем, по каким дорогам в ней ходили, есть, сложная, но вполне себе функциональная. Можно построить целую науку на таких допущениях. (Иногда, правда, можно просто посмотреть на крышку коробки - там бывают надписи и этикетки с рисунками.)

В период увлечения гуманитарными науками я бухал с одним прямым учеником очень известного отечественного мифолога. Ну, т.е. реально известного - собрание сочинений более 20 томов. Так вот, он (ученик) рассказывал, как дед учил, что чтобы исследовать миф, в его пространство для начала нужно войти. ("Гуманитарии" знают об этом давно. "Квантовые физики" лет через пять тоже начнут догадываться). И структурно в самом мифе всегда присутствует описание ритуала по входу в него извне, ключи. Среди дилетантов принято считать, что этот ритуал и есть сам миф. Хотя это просто "пароль". Потому что, как я уже писал ранее, в мире существует неисчислимое количество описаний, и все вместе они реальность не исчерпывают. Но каждое из них поддерживает и отграничивает свою собственную реальность, даже со своими законами физики и, что важнее с практической точки зрения, - собственными правилами социалистического общежития.

Кстати, из этого понимания в научной среде выросла вся эта коллаборативная этнография, методы погружения и прочие Карлосы Кастанеды, давшие нам, в том числе, как психоделическую революцию 60х, так и самые бесчеловечные методы массового управления сознанием нулевых.

Между пузырями описаний (их еще называют "пузыри восприятия" что, как по мне, не совсем верно) существуют узкие зазоры из пустоты - ледяной мрак и тотальное ОТсутствие всего, самого сознания в первую очередь, - мой друг называет их "тамбуры". Мы оба большие поклонники двух персонажей великой советской литературы: профессора Выбегалло и демона Кармадона из "Альтиста Данилова" (последнего из-за его дикой, необузданной страсти к железнодорожным буфетам). Поэтому образ тамбура мне нравится больше, чем всякие там шеолы, геены или шуньяты из пыльных коробок.

Граница между порядком и хаосом в мироздании проходит по жд вагонам (думаю, в районе боковой плацкарты около туалета).