Концовку "Мглы" Фрэнка Дарабонта почему-то воспринимают поверхностно. В финальной сцене главный герой Дэвид (как и зрители) уверен что спасение было так близко; люди в машине а, главное, сын убиты зря и кричит от ужаса, стоя на коленях - что ж, "поспешил, людей насмешил".

Но ведь не поспешил, - затянул. Вспомним фабулу: "видящая" миссис Кармоди требует принести Билли (сына Дэвида) в жертву хтоническим богам-чудовищам из-за стены тумана. Принять это невозможно, пифию-провидицу убивают, дурной кошмар продолжается с новой силой. В конце концов Дэвид таки проводит искупительный акт жертвоприношения (не важно, как он себя мотивирует) и тут же всё заканчивается. Кричит Дэвид, когда понимает, что только что совершил Ритуал, неисчислимо раз совершал его в прошлом и с железной необратимостью совершит в будущем.

Это античный сюжет. Из тумана мифологического времени не сбежать и не спрятаться - его можно только снова и снова переживать.

Напомню, "мифологическое время" - это время, разорванное на бесконечное количество замкнутых циклов, бесконечное количество кусающих свой хвост уроборосиков, внутри которых Сизиф катит в гору свой камень, а Дэвид приносит в жертву своего Билли (чуть не написал: "Рик приносит в жертву своего Морти").

Ровно на ту же тему, но уже без лишней онтологии (знаменитый американский 'прагматизм') "Хижина в лесу": ребята, без расчленёнки младенчиков в богемских рощах ну никак, вы поймите. Работа. "Сам не хочу" (с).