Одно точно уже можно сказать. После окончания боевых действий принципиально иной станет система распространения наркотических веществ. Закладки уйдут в прошлое, как в свое время ушли в прошлое цыганские хаты за бронированными решётками. Теперь дрон будет сбрасывать дозу прямо на голову по указанным координатам. И не только дозу. Например, можно разбить пузырёк с кислотой прямо перед любовницей мужа. (Блогеры пакеты с овном смогут кидать друг на друга, телеграм-бот будет следить за дискуссией и сам определять точное местоположение оппонента). А уж разведка как похорошеет, — от корпоративной до частно-детективной, вроде вычисления тех же неверных супругов. Наружное наблюдение с воздуха будут заказывать как доставку пиццы. Настоящий киношный киберпанк — перед любым серьёзным разговором или несерьёзным прелюбодеянием будем опасливо выглядывать в окна на 19 этаже. Конечно, и лицензирование дроноделов нам предстоит, и учёт дроноводов, и сдача прав "на летание", и согласование маршрутов в режиме онлайн, через Госуслуги. И суровые, татуированные антидроновые команды в белых микроавтобусах с пушками Гаусса на крышах. И незримые, но ожесточённые битвы дронов, посланных родителями, с дронами барыг, пока их малыш тоскует, сидя на подоконнике. И нейросети, которые будут брать на себя ответственность за нелегальное применение дрона (годовая подписка включает бонус в виде ИИ-адвоката). Социальная реальность изменится быстро и неотвратимо, так же, как когда-то она изменилась с появлением мобильных телефонов.