наверное, так неправильно делать, но киньте в меня камнем, кто так не делает (шутка, не кидайтесь в меня камнями); когда читаю автофикшн, всегда представляю, смогла ли бы я подружиться с авторкой. автогероини автогероинями, но примерно можно прикинуть, сошлись ли бы мы на общечеловеческом уровне. тем более, как правило, автогероинь в угоду драме выкручивают в худшую сторону и еще и рассказывают что-нибудь стыдное и сокровенное, что обычно числится и за всеми остальными людьми вокруг нас, просто об этом не написано книг, мы и не подозреваем.
например, с Эми Липтрот в моей голове мы лучшие подружки и ходим вместе на рейвы, однажды я даже соглашаюсь попробовать зайти вместе с ней в океан зимой, хотя я не переношу холодную воду. после этого я предложила бы ей сходить в лес собирать грибы. с Мэгги Нельсон мы приятельницы, но сильно не сближаемся, у нее и так в жизни много всякого происходит. с Эми Берковитц мы бы точно сошлись на теме нойза в музыке и рассуждали, как вместе сходим на какой-нибудь андеграундный концерт, но дальше разговоров это не заходило бы. с Лидией Юкнавич я бы постоянно хотела познакомиться, но останавливала себя, боялась бы, что она сносит все на своем пути, снесет и меня. с Анни Эрно мы могли бы стать родственными душами, но в ней уже слишком много людей нашли родственную душу, надо было первой вставать в очередь.
дочитала «Моя мать смеется» Шанталь Акерман, понимаю, что не поняла о ней вообще практически ничего, хотя провели вместе 164 страницы, человек-загадка. даже о героине Рейчел Каск в «Контуре», которой там как будто бы почти нет, я составила впечатление отчетливее.