Творчество Katrin_Vaps

Из нее бил свет, а он отчаянно искал его. Он хотел любить, она знала, как сама умеет любить. Они молоды, богаты, почти свободны и они хотят жить. И почему бы не...?

Ветер танцевал свой прощальный вальс, пустыня теряла очертания, шарик солнца становился меньше, и пыль смело поднималась к верхним этажам, готовя путников прятать лица.

— Ты думаешь о нем?

Последовал самый грустный, самый тоскливый голос из всех, что он слышал:

— Every minute of every day.

— Все, кто не Агрест, должны уйти. Вечер окончен! — Одри окинула толпу нетерпеливым взглядом. Люди начали переглядываться, шепотки прокатились по головам, но никто, к раздражению Одри, не повалил к дверям. Она прикрыла глаза, почти трясясь от бешенства: — Я сказала: пошли вон! Охрана!

Люди, как заведённый улей, побросались к разным выходам. Феликс схватил Маринетт за рукав, потянув к той двери, где было меньше всего толкучки.

Когда Маринетт беспомощно обернулась к Адриану и Габриэлю, гордо оставшимся посреди толпы, ее взгляд перехватила Одри и странно улыбнулась:

— Я сказала: все Агресты.

Феликс прекратил пробиваться по коридору, и рукав Маринетт, до этого сжимаемый им в кулаке, мятой тканью повис в воздухе. Маринетт растерянно замерла, где-то в глубине души начиная понимать, что значит это противно сказанное "все Агресты". <..>

Через пять минут в зале осталось семь человек. Амели невозмутимо крутила между пальцем ремешок от сумки, Натали непроницаемо смотрела в окно, Габриэль исподлобья поглядывал на Одри, сохраняя привычную маску равнодушия, Адриан переглядывался с Феликсом, Маринетт старалась успокоить холодную дрожь.

Одри лично проверила, насколько плотно закрыли все двери, и вернулась к окну, где ее было видно всем собравшимся:

— У одного из вас есть то, что мне нужно. Я точно знаю, что эта вещь у Агрестов. Поэтому пока я не получу своё, никто отсюда не выйдет. Открываем сумки, дамы.


— Вы понятия не имеете, какую ответственность я несу каждый день, — Феликс раздражённо посмотрел на мать. Когда он выходил из себя и считал Амели тысячу раз неправой и оторванной от реальности, он всегда обращался к ней на "вы".

Амели побледнела от негодования.

— Объяснись.

— Хорошо. — Феликс порывисто начал: — Вы хотите, чтобы я играл по правилам. Но вы забываете, что мы с вами жили в разных мирах. Вас учили наслаждаться жизнью. Меня – выживать. Постоянно бороться, притворяться, что-то выдумывать. За вашей спиной стояла семья. За моей... кажется, теперь никого.

Он распахнул дверь и не нащупал включатель света. Почему-то его закрывал стул. Слишком уставший и расслабленный после свидания с Маринетт, Феликс даже не задумался, откуда там вырос стул.

Решив, что обойдется и лунным светом из окна – нужно было лишь забрать ежедневник со стола – он зашел в комнату.

И как только он перешагнул порог, ему от души врезали по лицу. Схватившись за нос, Феликс сквозь звон в ушах услышал самодовольное:

— Привет, брат.

Феликс от удара свалился на стул: теперь понятно, зачем его так услужливо подставили.

Феликс замер на входе в кабинет, сразу почувствовав, что в помещении что-то изменилось. Свет был выключен. Или у него случилась галлюцинация и он действительно нажал на выключатель, когда выходил на две минуты, или Адриан в очередной раз решил зайти не через дверь.

Как бы в подтверждение догадки послышался тихий, еле уловимый вдох, так быстро потонувший в помещении, что было невозможно определить, откуда он доносился. Феликс оперся на дверной косяк, наученный опытом прошлых встреч, и устало предупредил:

— У меня завтра важная встреча. Так что если хочешь поздороваться, то давай не в лицо.

— Если ее отец известен на всю столицу, она учится в лучшем университете и работает на Агреста, то ей ничего не нужно. У Маринетт всё есть. Мне нечего ей предложить взамен на контракт.

— Но рядом с тобой она будет смотреться ещё лучше, — Натаниэль поиграл бровями.

Реплика друга вызвала его Феликса заразительную улыбку. Он усмехнулся:

— Не спорю.

Рассказываю, какой план был на Сердца трёх. Сразу оговорюсь, что НИ одна из сцен не войдёт в итоговую версию.

Было три варианта финала, где Маринетт не оставалась ни с одним из братьев, и стрела автора метила в Луку, намекая на продолжение))

Решение убить Нуара было самым осознанным. Это единственный герой, который способен по-настоящему жертвовать.

— Мир рушится, а мы решили влюбиться.

«У нас всегда будет Париж».

— Как мне избавиться от мечты о тебе?

«Твоя реальность становится невыносимой, мечта о тебе – несбыточна. Дай мне хотя бы выход».

Она не из тех, кто использует людей, но и я не тот, кого берегут.

Приходи через семь дней в сад Пале Руаяль, у меня там как раз свадьба. Невесту знаешь.

Я считаю, что некоторые отношения предначертаны высшими силами. И наши, возможно, одни из них. По крайней мере, я хочу в это верить. Но давай не думать, к чему они приведут... Будут они навсегда или закончатся, как только истечёт контракт. Я не люблю слово "всегда". Оно слишком тяжелое, я не смогу его вынести... Давай просто жить и просто любить. Сейчас, Феликс.