Творчество Katrin_Vaps

«Я поняла, что люди забудут, что ты сказал, люди забудут, что ты сделал, но они никогда не забудут, что ты заставил их почувствовать»

За мной, читатель! Кто сказал тебе, что нет на свете настоящей, верной, вечной любви? Да отрежут лгуну его гнусный язык! За мной, мой читатель, и только за мной, и я покажу тебе такую любовь!

— Да, мы сделаем копии, мой помощник отправит исправленные варианты, — Феликс сжал телефон между ухом и плечом, склонился над коляской, поправил на Элис шапочку и продолжил одной рукой катить коляску. — Вы можете уточнить у меня, — Феликс остановился и стал открывать детскую бутылочку со смесью. — Нет, эту плитку мы больше не используем. Насос для плиткореза не делают. — Феликс вставил соску в рот Элис.

Девочка сладко прильнула к бутылке и маленькой ладошкой сжала палец парня. Феликс невольно улыбнулся, оставшись стоять в неудобной позе.

Он продолжил под детское чавканье:

— Я попрошу ассистента проконсультировать вас по американскому ассортименту... Нет, там выходной штуцер в девять миллиметров, мы его не используем.

Элис, решив подразнить парня, выплюнула соску и сбила ногой козырёк коляски.

Феликс зажал динамик:

— Я тебя сейчас Хлое отдам.

Элис перестала улыбаться и закрыла глаза ладошками.

Феликс ухмыльнулся и молча накинул козырёк обратно.

— Да, месье Брэм, что-то со связью было. Вы тогда оставьте заявку, с вами в течение часа свяжутся.

Феликс отключился и многострадально вздохнул. Наверное, для того, чтобы завершить его образ, не хватало только лохматого пучка на голове. Он работает, следит за ребёнком, пытается накормить и уложить эту вредную малявку спать и не может ни на минуту присесть.

— Ну что, спит?! — со стороны дома показался Натаниэль.

— Не ори, — Феликс сильнее закачал коляску. — Где няня?

— Едет.

— С турецкой границы она едет?

— В городе пробки из-за показа Габриэля.

— Как же всё вовремя! — Феликс увидел, что на телефон снова поступает вызов. — На, подержи.

Феликс бережно вытащил Элис, которая никак не хотела заснуть, положил себе на плечо, обнял ее одной рукой за спину и забрал телефон у Натаниэля.

— Всё, иди дальше кашу ей вари. И не спали во второй раз! — Феликс отвернулся с девочкой на плече и принял вызов: — Добрый день, месье Стоклем. Нет, вы можете говорить, я сейчас в офисе, — Феликс, пританцовывая на месте, чтобы укачать Элис, внимательно выслушивал делового партнёра.

Элис, довольная тем, что ей сменили локацию, копалась в волосах Феликса и не думала засыпать.

2 июля
«Приходил Кот. Хотел сказать что-то важное. Я решил тебя не будить. Хорошего тебе дня!»

«Какой же ты говнюк»

3 июля
«Ты можешь заплетать свои волосы? Я устал просыпаться в гнезде»

«Спи на полу или верни мне мою комнату. Хорошего тебе дня! Ты же выспался, да?))»

4 июля
«Ты разговариваешь во сне, отнимаешь моё одеяло и закидываешь на меня ноги»

«Милый, всегда есть возможность выйти на балкон»

5 июля
«Я попросил, чтобы в доме включили отопление. Не думал, что будет так холодно. Ты дрожала. Не заболела?»

«Нет. Спасибо, что нашёл теплые вещи»

«Может, заплетёшь волосы?»

«Может, я буду спать в своей комнате?»

6 июля
«МЕНЯ ВЫБЕСИЛ ГАБРИЭЛЬ»

«Душа моя, вечером готов выслушать тебя и закошмарить Габриэля))»

7 июля
«Привези мне круассаны из пекарни папы, пожалуйста. Получится?»

«Сделаю»

8 июля
«Я приготовила сырники. Но мне много!! Доешь, ок?»

«Просто скажи, что хотела меня накормить))»

«Просто съешь!!»

9 июля
«Ты можешь возвращаться не так поздно? Что можно делать с Котом до двух ночи?»

«Ты не ложишься спать, потому что ждёшь меня?»

«Да, не могу уснуть, пока у меня не конфискуют одеяло»

10 июля
«Распусти волосы»

«Теперь нравится просыпаться в гнезде?»

Амели забилась в угол ванной комнаты, подтянула к себе колени, закрыла ладонями лицо и разрыдалась. Согнутая, дрожащая, брошенная всеми вокруг, она задыхалась от слёз, скулила, била ногами в стену и с немыми вскриками зажимала рот ладонью.

В такие моменты вспоминалось всё самое ужасное, что произошло в ее жизни. И Амели чувствовала, что обречена. 

Она потеряла родителей. Мудрого и доброго отца, любимицей которого была. Строгую, властную, но всегда поддерживающую мать.

Ее муж умер. Он оставил ей дом, из которого ее выгнали, он оставил ей счета, которые заблокировали, оставил ей слуг, которых не на что было содержать. 

Ее сестра умерла от неизвестной и стремительно протекающей болезни. 

Каково это, когда умирает такой же человек, как ты? 

Амели жалко всхлипнула. С гибелью сестры ее сердце осталось навечно расколотым. 

Она подарила жизнь ребёнку, который вынужден страдать изо дня в день: Габриэль приказал отчислить Феликса из лучшей в городе школы; он нанял юристов, которые признали, что Феликс не является сыном Кольта и не может претендовать на наследство. 

— Всё из-за меня, всё из-за меня! — повторяла сквозь всхлипы Амели и сильнее обнимала себя за плечи: больше этого сделать было некому. 

Она продавала фамильные украшения, чтобы отапливать огромный родительский особняк и лечить Феликса. Денег катастрофически не хватало даже на то, чтобы прогреть дом полностью, и Феликс постоянно болел. Сейчас он лежал под тремя одеялами в гостиной, выписанный из больницы после месяца лечения воспаления лёгких. Он похудел, осунулся, у него пропал аппетит, он перестал шутить, не хотел читать, отказывался от мультиков, не выходил гулять. 

Амели продолжали отказывать в работе. Не брали в рекламу, запрещали являться в театр, не звали на пробы. Проходя мимо большого зеркала в гостиной, Амели ловила себя на мысли, что перестала быть красивой. 

И в последнее время всё чаще появлялись мысли, чтобы отправиться в местный бордель. Амели поглощало такой степени отчаяние, что она психологически готова была повторить то, что произошло в отеле с Габриэлем.

И когда он приходил к ним в дом в своем новом костюме, в начищенных до блеска туфлях, довольный, глумливый, она видела в его глазах, что он ждёт. Ждёт, когда она сдастся. 

<...> 

Амели поняла, что подступила к опасной черте: ее мелко трясло, она рефлекторно дергалась, всхлипы уже были не столько эмоциями, сколько сигналами тела остановиться. 

Она выкрутила кран: ледяная вода брызнула на подставленное лицо. Амели зажмурилась. Постепенно истерика стала спадать, а тело, вымученное криками и рыданиями, размякло. 

Амели прижалась лбом к холодной стенке ванной. 

Да, почти каждый день она повторяет этот ритуал: запирается, когда Феликс заснёт, и рыдает на полу. Но каждый раз умывается, встаёт, выходит и ложится в постель, чтобы проснуться и начать новый день. 

Ради Феликса.

Он самое ценное, что у нее есть. 

И если он остался с ней: выжил после стольких потерь, выжил после болезни, значит, она должна преодолеть все преграды. 

Может, потом будет свет? 

Вы как относитесь к Амели? 🥹

— Если обобщить мой богатый сериальный опыт, — Натаниэль воодушевленно хлопнул в ладони и завалился на диван напротив Феликса: — То можно вывести список причин, по которым заключают фиктивный брак в фильмах.

— Я слушаю, — Феликс вздохнул, мысленно сокрушаясь: настолько отчаялся, что решился довериться сериалам.

— Первое. Ради гражданства.

Феликс скептически выгнул бровь. Вся их семья: Габриэль, Кольт, сестры Грэм де Ванили и они с Адрианом имели двойное гражданство. Французский паспорт Маринетт не представлял для Феликса никакого интереса.

— Проехали, — Натаниэль отмахнулся. — Второе. Из-за денег, — Куртцберг тут же покачал головой: — В последнее время о пекарне Дюпен-Ченов слышали, наверное, даже глухие. В твоих деньгах Маринетт точно не нуждается.

Феликс подпёр рукой щеку, устало продолжая слушать неутешительные рассуждения друга.

— Третье. Месть. Обычно отвергнутые бывшие объединяются, чтобы надрать...

— Переходи к четвёртому.

— Шантаж, — громко заключил Натаниэль, но тут же поник. — Но у Маринетт, как мне кажется, нет никаких тайн. Во всяком случае, ты можешь прийти к ней и как-то аккуратно спросить, что ей нужно. Вообще получше узнай ее.

— Нат, если ее отец известен на всю столицу, она учится в лучшем университете и работает у Габриэля, то ей ничего не нужно, — Феликс встал из-за стола, сунул руки в карманы брюк и недовольно стал у окна. Он помолчал и выдал бредовую идею: — Может, пообещать ей, что я сведу ее с Адрианом?

— Перед тем, как сам на ней женишься? — хохотнул Нат.

— Но шантаж – единственная из твоих идей, которая мне понравилась, — медленно произнёс Феликс, продолжая смотреть на плакат с Леди Баг и Котом Нуаром на соседнем здании. — Не может быть, что у нее нет тайн.

— Ну разве что любовь до гроба к Адриану, о которой он не знает. В целом, я уверен, найдется еще с десяток мелких секретов. Но это не то, чем шантажируют, — Натаниэль ответил вяло.

— Может, у нее есть мечта? — продолжал разговаривать со своим отражением в окне Феликсе. — Свой магазин одежды? Своя мастерская? Путешествие?

— Ты бы сам за путешествие согласился жениться? — пришла очередь Натаниэля скептически оценивать предложения друга.

Таким образом, я вижу четкую последовательность, ясное развитие героев, их чувств и решений и потом складываю получившееся в одну историю. Собрать книгу – как построить дом. Тоже по маленьким кирпичикам. И тоже долго 😁