Для тех, кто вдруг не знаком с новостью последних дней, вскипятившей активное адвокатское сообщество, — суть здесь. Обжалованное решение Совета АП Москвы — тут. Не владея всеми материалами и потому не впадая в грех комментирования фактической стороны дела, остановлюсь исключительно на вопросах права.
Процесс
В административном иске Минюст указывает, что "не может согласиться с выводами, содержащимися в заключении квалификационной комиссии и решении совета Палаты" и просит, в том числе, "отменить решение Совета АП г.Москвы". Таким образом, предметом обжалования по делу являются эти акты органов адвокатского самоуправления.
Однако закон не предоставляет Минюсту право обжаловать заключение квалификационной комиссии и/или решение Совета АП — ни по КАС РФ, ни по ГПК РФ, никак. Есть на этот счёт и отрицательная для Минюста кассационная практика:
право обжалования решения совета адвокатской палаты по дисциплинарному производству предоставлено законодательством исключительной адвокату, в отношении которого принято такое решение. Ни положения Федерального закона от 31 мая 2002 г. №63-ФЗ, ни положения КПЭА не предусматривают права государственного органа, внесшего представление о привлечении адвоката к дисциплинарной ответственности, на обжалование заключения квалификационной комиссии и решения совета адвокатской палаты о прекращении дисциплинарного производства в судебном порядке (определение 6 КСОЮ от 23.08.2024 №88-18088/2024).
Таким образом, административный иск подан тем, кто вообще не вправе его подавать.
Материальное право
Минюст считает, что подп.7 п.2 ст.17 закона №63-ФЗ надо читать так: год вне страны без уважительных причин — автоматически вон из адвокатуры.
Но подп.7 расположен в п.2 ст.17 закона №63-ФЗ и этот пункт начинается так: "Статус адвоката может быть прекращён...". Никакого автоматического (императивного) предписания к лишению статуса положения из п.2 ст.17 не содержат. Такие предписания есть только в п.1 ст.17 и ещё кое-где в КПЭА.
В остальном действует дискреция органов адвокатского самоуправления:
установление оснований, поводов и порядка привлечения адвоката к дисциплинарной ответственности прямо отнесено законодателем к компетенции органов адвокатского сообщества (Определение КС РФ от 28.01.2025 № 260-О).
В данном случае квалификационная комиссия АП Москвы действовала в рамках своих дискреционных полномочий. Самого по себе факта выезда (безотносительно даже уважительности причин, наличие которых хотя и исключает действие подп.7 п.2 ст.17, но их отсутствие не предопределяет его применение) недостаточно — и квалификационная комиссия это объяснила. То, что это объяснение не нравится Минюсту, — ну извините. Иначе сегодня не нравится такое объяснение по такому делу, завтра — другое объяснение по другому делу, и вот уже базовые принципы существования адвокатуры (независимость и корпоративность) оказываются выхолощены.
Удивительно, что Минюст просит суд ещё и прекратить статус адвокатов у коллег — хотя это полномочия исключительно органов адвокатского самоуправления. Если кому-то это неясно из действующего законодательства — снова есть разъяснения кассационной практики:
суд не должен принимать на себя функции уполномоченного законодателем органа, в ведении которого находится принятие решения о наличии или отсутствии в действиях адвоката дисциплинарного проступка. Такой вопрос не может быть разрешён иначе, чем органами адвокатской палаты (определение 2 КСОЮ от 22.12.2022 №88-28249/2022).
***
Понимая, что ему не удаётся пробить столбовую дорогу права на