В поиске решений, которые могут дать решающее стратегическое преимущество над противником, зачастую используется ошибочный подход - стремление перегнать его в чем либо.
Собрать больше дронов, выпустить больше снарядов, набрать больше бойцов и так далее.

Все это - возможные пути для получения преимущества, но как и любое симметричное противоборство они могут оказаться забегом на длинную дистанцию, потому что противник (и его спонсоры) будет делать то же самое.

А вот дать решающее стратегическое преимущество в короткие сроки может реализация уже существующего значительного превосходства в тех силах и средствах, которые способны кардинально изменить ситуацию на поле боя.
И у России такое явное, но пока еще далеко не полностью реализованное превосходство над Украиной имеется - это фронтовая авиация.

Господство в воздухе, то есть беспрепятственная работа авиации над театром военных действий, позволяет решать сразу несколько задач:
- изолировать районы боевых действий и разрушать вражеские линии снабжения на оперативную глубину;
- наносить массированное огневое поражение по рубежам обороны и районам сосредоточения;
- быстро разрушать особо прочные (крупные мосты) или обширные площадные (аэродромы) цели при помощи планирующих бомб.

Более того, помимо собственно огневого воздействия непосредственная поддержка с воздуха оказывает сильное деморализующее воздействие на противника и поднимает боевой дух собственных войск на земле.

Поэтому поиск путей для полноценной реализации преимущества в авиации через господство в воздухе к востоку от Днепра - это задача первостепенной важности для нашего военного планирования.

На текущий момент решение этой задачи сводится во многом к прорыву и подавлению вражеской ПВО.
В России вопросам воздушного наступления и подавления ПВО исторически уделялось недостаточно внимания, в отличие, например, от США, у которых господство в воздухе является одной из основ военной доктрины.
Но наверстывать упущенное никогда не поздно, тем более, что противостоит нам не далеко не самый сильный в этом отношении противник.
Ирак в 1991 году во время операции "Буря в пустыне" был, пожалуй, более серьезным с точки зрения ВВС и ПВО.

Интересно, что в решении этой задачи нам может помочь творческое использование еще одного нашего критичного преимущества - в дальних ударных БЛА (знаменитые "Герани") и крылатых ракетах.

Сотня БЛА и крылатых ракет, идущих на цели в центральной и западной Украине - это еще и сотня "ложных целей", вскрывающих расположение и работу украинских радаров ПВО и ЗРК.

За крупной волной "Гераней" и "Калибров" вполне может пойти волна истребителей с противорадиолокационными ракетами и самолеты радиотехнической разведки для пеленгации и передачи координат позиций ЗРК для ударов оперативно-тактическими ракетами.

Если повторить такие налеты три-четыре раза - то можно весьма успешно разрушить остатки системы ПВО Украины как минимум к востоку от Днепра.

При этом на базе производства тех же "Гераней" можно выпускать и просто ложные цели для прикрытия работы авиации и введения в заблуждение ПВО.
Связка из таких ложных целей и специально назначенных истребителей для подавления выявленных с их помощью РЛС - надежное прикрытие для работы ударной авиации по противнику.

Главное, что и то, и другое - превосходство в авиации и большое количество ударных БЛА - у нас уже есть.
Остается только совместить их друг с другом в единой тактике воздушного наступления.