Эффекты масштаба в промышленности - или почему России не обойтись без госсектора экономики

Одним из частых дискуссионных вопросов экономической политики является то, кто должен играть роль «локомотива» развития экономики - государство или частный капитал.

Со времен катастрофы 1990-х годов бытовало мнение о том, что эту роль должен выполнять частный сектор (причем нередко добавляли: «иностранные инвесторы»), а государству отводилась роль регулятора, хотя и ее рекомендовали урезать.

Однако время идет, проходят десятилетия, а частный капитал так и не развернул в России отечественное производство, к примеру, микропроцессоров или магистральных авиалайнеров.

Сторонники вышеуказанной точки зрения обычно отвечают, что это мол климат у нас в России плохой - в смысле инвестиционный.
И надо только сделать что-нибудь максимально абстрактное (вроде «обуздать коррупцию» или «создать независимый суд») - и российские «Интел», «Боинг» и «ASML» не заставят себя ждать.

Реальность, конечно сложнее.

Фундаментальным ограничением частного капитала является критерий выбора направления инвестирования.
Он стремится максимизировать свою доходность и как минимум окупить вложения с прибылью не ниже средней по рынку капитала с премией за коммерческий риск проекта.

Это означает, что в цену конечной продукции закладываются три базовых компонента:
- себестоимость производства;
- возврат инвестиций в создание производства и НИОКР;
- требуемая доходность инвестора.

При этом если производственная себестоимость условно пропорциональна объему выпуска, то два других компонента - относительно независимы от него.

Таким образом, окупаемость инвестиций «размазывается» на объем выпуска, и чем он больше - тем меньшая часть требуемой суммы закладывается в цену единицы продукции.
Это одно из проявлений так называемого эффекта масштаба в производстве, в данном случае - положительного (есть еще отрицательный, который проявляется в других типах отраслей).

Из этого следует простой и очень важный вывод.
В отраслях, связанных с очень большими капиталовложениями в производство и НИОКР новый игрок, пытающийся с нуля выйти на уже поделенный рынок, всегда будет проигрывать по цене.
Потому что требуемая возвратность и доходность инвестиций у него та же, а объем продаж - гораздо меньше.

Когда вы слышите слова наподобие «У нас для этого слишком маленький рынок» - подразумевается именно этот момент.
Рынок слишком маленький для того, чтобы «размазать» по объему продаж капиталовложения и требуемую доходность до приемлемого уровня в сравнении с конкурентами.

Какой выход из этой ситуации?

Фундаментально есть два режима производства товаров и услуг:
- для получения прибыли от продажи на рынке;
- для собственного потребления (не обязательно индивидуального, можно и в масштабах страны).
(Кстати, древнегреческое слово «экономия» обозначало как раз второй.)

Когда мы производим что-то для личного потребления, то доходность вложений отходит на второй план - потому что нет цели заработать.
Самолеты нужны нам, в первую очередь, чтобы на них летать - а не чтобы их продавать.

Однако частный капитал в таком режиме в принципе не работает - ему нужна, в первую очередь, окупаемость и доходность.
А вот для государства - как выразителя коллективных интересов народа страны - таких ограничений нет.
Бюджетные инвестиции могут осуществляться безвозвратно без требования окупаемости.

Именно поэтому единственным реальным путем к системному развитию микроэлектроники, авиастроения и других высокотехнологичных отраслей промышленности для нас является использование государственного сектора экономики и бюджетных инвестиций в эти отрасли.

К счастью, такой опыт у нас уже есть, например в лице «Росатома».
И нужно не стесняться его расширять и применять - без оглядки на либерально-рыночный догматизм.

Но конечно для таких инвестиционных программ государству нужны источники финансирования.
О резервах для них - дальше.