Оценки и сценарии кризиса доверия к ООН и международным институтам (на основе сентябрьских отчётов Gallup — глобального за 2025–2026 гг. и по США — и доклада ООН Trust in a Changing World):

1. Базовый сценарий — прагматичный: соответствует историческому замыслу существования ООН для отказа от тайной дипломатии в пользу открытой «рыночной площади» для торга и считывания сигналов других держав. ООН за счёт права вето удерживает ядерные державы за одним столом (страхуя саму организацию от распада по образцу Лиги Наций) и служит индикатором расстановки сил. Например, на речи Нетаньяху 24 сентября около 70 делегаций демонстративно покинули зал. Обе стороны использовали этот демарш в медийной войне. Палестинская миссия заранее призвала союзников заполнить все кресла делегаций ради более массовой картинки исхода на ТВ, а сторонники Израиля обозначили как поддерживающих Нетаньяху остальные 120 стран (включая как оставшихся в зале дипломатов, так и просто отсутствовавших на заседании).

При этом для стран Африки южнее Сахары (чистый баланс одобрения ООН +43 п.п.) и Юго-Восточной Азии (+51 п.п.) ООН и вовсе остаётся прежде всего крупным гуманитарным донором. По отчёту Gallup в 137 странах, 50% из них одобряют работу ООН против 26% не одобряющих (баланс +24 п.п.), а в опросе по США гуманитарную помощь положительно оценивают 45% американцев.

2. Идеалистический сценарий (оптимистичный / глобалистский): альтернативная либеральная гипотеза 1990–2000-х годов (в частности, в прогнозах социолога Энтони Гидденса), предполагавшая постепенное отмирание национального государства, унификацию права и защиту прав человека поверх границ. Для граждан автократий наднациональные структуры (ООН, Всемирный банк, ЕСПЧ) выступали внешней инстанцией, способной ограничить произвол местных властей. Сегодня среди части глобалистов этот сценарий трансформируется в технооптимистическую гипотезу о том, что проблемы трансграничной координации поможет решить ИИ.

3. Реваншистско-конфронтационный сценарий (вероятность выше, чем у идеалистического и рискового): столкновение антиколониальной оптики и позиции стран-основательниц. Для государств Глобального Юга и автократий Генассамблея стала легальной «площадкой реванша», где за счёт численного большинства можно объединяться против Запада. Для стран-победительниц и главных плательщиков бюджета ООН — прежде всего США (обеспечивающих 22% регулярного бюджета в обмен на визовые и политические рычаги страны-хозяйки штаб-квартиры) — это означает растущие издержки от работы антиамериканской дипломатической коалиции прямо в Нью-Йорке.

По данным доклада UN DESA, за два десятилетия международные институты потеряли около 10 п.п. доверия. В рейтинге Gallup худший региональный баланс доверия к ООН у Ближнего Востока и Северной Африки (-23 п.п.), а два последних места в мире занимают Израиль (9% за и 70% против, баланс -61 п.п.) и постоянный член Совбеза Россия (15% за и 73% против, баланс -58 п.п.).

4. Рисковый сценарий (гипотетический — «Лига Наций 2.0»): радикально-скептическая оценка, указывающая на бессилие миротворческих миссий ООН. В 1990-е слабость ООН привела к трагедиям в Руанде (1994) и Сребренице (1995), но даже после расширения силовых полномочий миротворцев в 2000-е годы страны-доноры не готовы вступать в полномасштабные бои в зонах вроде Ливана. Кроме того, согласно внутреннему аудиту Генсекретариата ООН в рамках реформы UN80, организация проводит 27 тысяч заседаний и выпускает 1100 докладов в год, каждый пятый из которых скачивают менее 1000 раз. В крайней точке сценарий предполагает урезание финансирования со стороны США или выход отдельных стран по образцу распада Лиги Наций.

При этом согласно докладу ООН Trust in a Changing World, с 1990-х по 2022 год синхронно снижалось доверие ко всем госинститутам, но сильнее всего оно снизилось к национальным парламентам (средняя доля доверяющих в мире сократилась с 46% до 36%, а четверть опрошенных не доверяет им вовсе).