Практика философии

Теория философии — это мышление. Практика философии — оно же. Грань между первым и вторым не то что тонка — её и не было никогда, она здесь просто невозможна.

Философия всегда есть работа с конкретным опытом мышления, пребывания в нём, в этом разрезе она по сути своей намного ближе к религии, чем к науке. Впрочем, если мы идём дальше в эту искуственно расчерченную сетку координат, мы и в самой науке обнаруживаем те же аспекты религиозности. Ну что может быть мистичнее созерцания чисел, взаимодействия с невообразимыми топологическими пространствами, проникновения за поверхность видимой реальности?

Попытки объяснить пользу философии какими-то внешними по отношению к ней самой критериями просто смешны.

Недавно одна мудрая женщина рассказала мне, как она подходит к вопросу уборки в квартире. У неё есть не предметы быта, но утварь: красивый медный таз, приятные наощупь тряпки и ароматные масла. Уборку она превращает в такой процесс, в котором приятно и интересно быть. Подробный и чувственный.

Не что-то такое, что нужно перетерпеть, чтобы потом было чище жить. Процесс должен стать собственным обоснованием, он ведь и есть сама жизнь, а не какое-то досадное обстоятельство, которое нужно пройти, чтобы настоящую жизнь потом жить приятнее.

Так и философия не является внешней по отношению к мышлению примочкой, средством его улучшения, которым нужно заниматься, чтобы прийти к каким-то внешним результатам.

Философия — это подлинная жизнь мышления.

Ведь мы мыслим — хотим того или нет — всегда. Даже если сами того не замечаем.

Так вот, философия — это всего лишь способ заметить то, что и так происходит, и сделать этот процесс подробным и чувственным. Вернуть ему полноту. Освоить мышление как собственный дом.