За полтора года, прошедшие с момента написания поста, я сам изрядно продвинулся в гегелеведении, так что время самостоятельно уточнять своё прочтение.

Итак, научное (системное) знание на первом этапе представляется индивиду чуждым, противопоставленным достоверности непосредственного самоощущения. И искомое соединение происходит вовсе не путём абстрактного уничтожения этой разницы: тут всё гораздо интереснее.

Но сначала уточним кое-что в исходной конфигурации.

Индивид является в мир, который до него уже продумывали. Перед ним встаёт двойственная задача: во-первых, работа с раскрым ему в моменте соприкосновения налично-данным миром, в ходе которой он должен переваривать его в формы мышления. То есть, снимать инаковость, отчуждённость этого мира, присваивая его себе в форме мысли. А во-вторых — освоение предыдущих форм такого освоения, которые зафиксированы в произведениях культуры — и, таким образом, тоже представляются индивиду как чуждое, инаковое ему. Но в ином качестве.

Когда-то уже были люди, которые проделали с действительностью первый тип работы. Их работа упакована в форме знания, которое гораздо проще усвоить, чем произвести с нуля. То, что некогда занимало лучшие умы человечества на протяжении всей их жизни, сегодня школьники проходят за несколько уроков в пятом классе.

И сразу же нужно внести уточнение: речь не только о знании, но и о практике самой жизни. Возьмите в пример гаджеты: то, что мы осваивали как сначала дисковые, потом кнопочные, а потом бескнопочные телефоны, чему мы удивлялись и к чему себя приспосабливали, для рождённых позже оказывается уже-данным, что становится частью наличного бытия как бы естественным образом: мир уже таков.

Всё это знание не может быть усвоено простой его передачей. Старая добрая истина: никого ничему нельзя научить. В монаде нет окон. Можно создать условия, в которых индивид породит знание в себе, указать ему цель и путь, но пройти этот путь ему всё равно придётся самостоятельно. Почему? Да потому что присвоение знания — это в том числе изменение себя, трансформация.

Таким образом, знание может стать действительным только через трансформацию субъекта в его существе, и этому процессу Гегель посвящает несколько увлекательнейший глав «Феноменологии духа», к которым я обращусь позже.