Глядя на кадры недавно прошедшего марша в Берлине, можно понять категорический отказ Бориса Кагарлицкого* от участия в возможном обмене заключенными.

Самое страшное для политика это утрата чувства сопричастности, возможности хотя бы на микроуровне реально участвовать в жизни своей страны. Утрата понимания, что история - это не вчера и не завтра, а это прямо сейчас.
И ты находишься в ней, даже если не можешь ни на что повлиять, но можешь хотя бы попытаться. Сегодня это возможно только на своей земле, только среди своих сограждан. Если речь не идёт, конечно, о просветительстве или моральной поддержке в виде писем политзекам. Но даже в похожих случаях, слово обладает реальной силой тогда, когда сказано на этой земле.

1 августа мы справедливо радовались за тех, кто оказался на свободе и в безопасности. Мы ходили к ним на суды, писали письма, с горечью иногда сомневались в счастливом исходе. Потому что тюремное заключение - это трагедия для человека и его близких, и не надо в этом ничего романтизировать. Но когда человека лишают Родины, отделяют от неё и высылают на чужбину - это трагедия другого уровня. Особенно для того, кто посвятил свою жизнь участию в судьбе страны.

Нередко можно услышать мнение об "имитационности" любой оппозиционной политики в современной России. Что не возымеют сейчас никакого эффекта наши многочисленные беседы с людьми, встречи, статьи и видео, решение местных проблем, участие в выборах. Но все эти попытки исходят из стремления сохранить ту самую сопричастность, преодолеть обречённость и хотя бы что-то взять в свои руки как и подобает настоящим гражданам. Иногда это может давать свои плоды. Что же позитивного дают многочисленные съезды политэмигрантов, борьба с триколорами на митингах и лоббирование ракетных ударов по своей стране?

В связи с этим, также понятно и недавнее интервью Льва Шлосберга (признанного иностранным агентом), ставшее предметом бурного обсуждения в соцсетях. Возможно, некоторые формулировки там звучат резко. Но у меня оно вызывает осторожный оптимизм. Надежду, что хотя бы сейчас под жёстким давлением и на острие всех возможных рисков, вопреки всем угрозам и ограничениям в России вырабатывается подлинное гражданское общество, в котором реальные политические цели и задачи, такие как естественное желание остановить кровопролитие, неотделимы от чувства Родины и понимания, что нам здесь жить дальше и право на эту жизнь надо отстаивать не только тогда, когда этому противится власть, но и когда этого не понимают даже идейно близкие люди.

*Борис Кагарлицкий признан иноагентом, внесён в перечень террористов и экстремистов