Пик эстетизации безумия пришелся на конец XVIII – начало XIX вв. Возрастал интерес к внутреннему миру человека, его чувствам и переживаниям. Безумие, как состояние, искажающее восприятие реальности стало объектом исследований и эстетического интереса (Шиллер, Лермонтов, Гёте, Шеллинг, Шопенгауэр, Гофман, Жерико и Фюсли).

Эпоха романтизма формировала нового героя времени — безумного гения, противостоящего рационализму и буржуазным нормам. В творчестве многих писателей нарастал интерес к «легионам бесов», населяющим темные глубины души, к двойникам, к «внутреннему человеку», радикально отличному от внешней оболочки. Часто этот интерес сливался с религиозными учениями.

К середине XIX века начало происходить переосмысление границ между нормой и патологией. Безумие перестало рассматриваться исключительно как болезнь, требующая изоляции. Наконец, психике человека стали уделять больше внимания. Чего только стоят эксперименты Шарко в Сальпетриере...

Вслед за Фрейдом, Блейлером и Жане, в начале XX века Карл Юнг начал рассматривать психические отклонения в новых плоскостях, обращаясь к мифологии, религии и искусству. В своих работах он часто ссылался на творчество Гете или Майринка (авторству которого принадлежит «Голем»)... И если Фрейд был сторонником теории борьбы непримиримых противоположностей, то Юнг утверждал, что сознательное и бессознательное дополняют друг друга.

Постепенно на смену борьбе с «внутренними демонами» стало продвигаться стремление к гармонизации внутреннего и внешнего «Я».

Art: «Тамара и Демон», 1889 — Константин Маковский (по поэме Михаила Лермонтова «Демон»)